Тетраксис мира Посейдона. Книга первая. Архонт

И это несмотря на присутствие в нем десяти десятков благородных атлантов, жрецов, Харонов, Танатов, Эриний и Кер, в шеренгу по одному выстроившихся вдоль всех четырех его стен, робко переминавшихся с ноги на ногу и зачарованно приковавших свои, все как один, взгляды к хрустальному саркофагу с телом виновника торжества.

Саркофаг, определить толщину стенок которого, ввиду их идеальной прозрачности, было в принципе невозможно, загадочным образом висел в воздухе, над головами собравшихся и на высоте двух третей от воображаемой центральной оси пирамиды.

Со всех сторон саркофаг окружало что-то вроде тростниковых лесов, которыми зодчие обычно опоясывают возводимые ими дворцы или храмы. Эти леса соединяли друг с другом четыре квадратные, тоже тростниковые площадки, расположенные вдоль периметра саркофага. С каждой площадки к полу пирамиды свисали веревочные лестницы и рукотворные лианы, которые вполне могли послужить импровизированными поручнями для верхолаза, дерзнувшего нарушить покой хозяина саркофага.

Неожиданно из вершины пирамиды раздался нарастающий гул, быстро перешедший по тональности в раскаты грома.

Как только это случилось, из шеренги атлантов сразу выступили вперед и семенящими шажками медленно направились к центру зала двое: облаченный в черный, сливающийся с сумраком, балахон жрец и щуплая, явно девичья фигурка в иссиня-багровой столе служительницы культа Клейто.

Оказавшись на пересечении воображаемых диагоналей квадратного пола пирамиды, жрец вскинул вверх руку. В свою очередь девушка торопливо скинула с себя все одежды, оставшись наголо выбритой и абсолютно нагой.

- Дорогие мои братья и сестры! - голос жреца протяжным, надрывно гудящим эхом прокатился по всем пяти внутренним углам пирамиды, прежде чем отразится от ее идеально отполированных стен и шипящей поземкой ужалить в барабанные перепонки всех собравшихся. - Час возрождения нашего друга и, я уверен, будущего, единственно законного, правителя Атлантиды пробил. Пусть каждый из нас пожелает ему в новой жизни только величия, богатства и безграничной милости наших Богов! 

- Ты знаешь, что делать, сестра, избранная для столь почетной миссии самим Посейдоном и божественной Клейто, - обратился он уже к девушке.

- Встретимся наверху.

Та заметно смутилась и с видом обреченного на верную смерть человека покорно направилась к ближайшей к ней веревочной лестнице.

Жрец не замедлил последовать ее примеру, гордо вскинув голову и чисто интуитивно разминая затекшие мышцы рук, спины и шеи.