Тетраксис мира Посейдона. Книга первая. Архонт

Через минуту- другую они оба уже проворно карабкались вверх по веревочным лестницам.

Где-то на середине пути девушка неожиданно остановилась и бросила прощальный, полный животного ужаса и нескрываемой грусти взгляд в адрес затаивших дыхание зрителей. В ответ на это жрец возмущенно фыркнул, но все же сдержался и не проронил ни слова.

Когда они оба, жрец - первым, девушка с небольшим опозданием, оказались наверху, друг напротив друга, на окружавших саркофаг тростниковых площадках, снизу донеслось несколько вздохов облегчения.

Ободренная этим девушка решительно перепрыгнула с площадки на крышку саркофага, легла на спину, распластав в сторону руки и скрестив свои тонкие, изящные и стройные как у Богини ноги. Беззащитная и робкая, готовая ко всему, даже самому страшному, она затаила дыхание и вопреки правилам обряда закрыла глаза.

Жрец не заставил себя ждать слишком долго: в отличие от девушки достаточно неуклюже и всеми мерами предосторожности вскарабкавшись на саркофаг, он не преминул навалиться всем телом на жертву, сладострастно хмыкнул и крепко сжал в своих, явно не слишком дружественных, объятиях юную служительницу Клейто.

А как только мертвую тишину пирамиды боевым клинком рассек надвое протяжный девичий крик, жрец поспешил закончить свое "черное", сугубо мужское, дело и без всякого сожаления полоснул свою жертву по горлу остро отточенным ритуальным лабрисом.

Девушка еще раз, который стал для нее уже последним, судорожно вскрикнула, прежде чем сдавленно захрипеть, захлебываясь в собственной крови и отчаянии.

Как только это случилось, бессердечный жрец брезгливо отпрянул в сторону, терпеливо дождался, пока кровь девушки покроет тонкой пленкой всю поверхность крышки саркофага, и уже только после этого, небрежно спихнул ее бездыханное тело с твердой опоры. Чуть слышно просвистев в воздухе, оно обречено рухнуло на пол пирамиды, прежде чем теперь уже навсегда отречься от принадлежности к миру живых, странным образом самовоспламениться и под изумленные взгляды всех собравшихся вскоре рассыпаться в прах.

***

Единственным человеком, на которого все это светопреставление не произвело ни малейшего впечатления, был жрец. Уж кто-кто, а он-то безошибочно знал, что под полом пирамиды были упрятаны специальные кремационные печи, способные в доли секунды испепелить любого, незваным переступившего порог пирамиды Эреба.