Зеница рока

В мир, так мир, в сечь – так сечь. 

Дорогие это были слова. Раньше светодары даже в бой с грачами вступать не смели, считая это крылатое племя нечистым, называли падальщиками. Руяне и волхвы прогнали граче–перевертней из свободных земель Дикого поля, где издавна селились магические народы. Пришлось племени Василия Грача идти на поклон к людям. Пряча своё истинное нутро, стали казаками. Смирили гордыню, служили и подчинялись чужим законам. 

Отряд Василия, промышлявший у местного городского старосты в качестве гонцов, во время набега был на заставах.

Когда воины вернулись, то увидели вместо своих домов пепелища. Ужас сковал и так немногочисленный народ грачей. На кого ни посмотри – в каждой семье потеря, кто убит, кто поруган, кого тени забрали в рабство. Мало осталось стариков, старух и женщин, а детей и того меньше. 

Похоронив погибших родных, после тризны Василий держал совет. 

За столом сидели без малого тридцать мужчин, способных встать на крыло.

 

Василий тогда сказал: 

– Славное наше племя – летом летаем, зимой ходим. Сколько себя помним – воюем, то с оборотнями, то с мавками, то с волхвами. В Диком поле тесно нам было. Год назад собрал я вас на совет, предложил перейти к людям. Думал, среди них сможем удержаться, птенцов воспитать, на крыло поставить. Думал, чего нам людей бояться? Если что, обернулись и вот оно – небо над головой. В любой миг можно в поисках свободного края улететь! Я так думал…

Василий  говорил, а собратья слушали.

 

– Вот уже двести лет, как мы скитаемся по чужим землям, а горе неотступно преследует нас. Когда–то наш народ мог выставить пятьсот острых клювов. Сейчас же я вижу жалких три десятка… Надолго ли нас хватит? Думаю, конец уже близок. Но вас, братья мои, хочу спросить: неужели наше горе убийцам сойдет с рук? Вот ты, Иван, будешь спать спокойно, зная, что где–то на чужбине гниет твоя дочь Анюта? А ты, Стеол, сможешь ли радоваться весеннему солнцу, понимая, что твой сын никогда не услышит журчания ручья?  Слушайте же меня, братья.

Я говорю не как выбранный вами старший грач, а как равный среди равных. Я так просто не сдамся. Буду мстить убийцам моей семьи, кто бы это ни был. Вы со мной?  

Тридцать глоток издали булькающий, почти радостный клекот.  

– Я знал, – склонил голову вожак. – Обещаю.