О сейдконе

Бежавшая мимо босоногая девчонка лет пяти обернулась:

- Теньгиль вернулся! Тенгиль Гадюка приплыл! – на запястье на тонкой веревочке висело с десяток амулетов: тут и колесо годовое, и молот Вингнира, и даже лунница. Надолго ли? Или завтра уже все снимет, поменяет на знак нового бога – спираль с соединенными меж собой концом и началом?

Ведьма зло сжала губы. Уж кого - кого, а Тенгиля она точно не ожидала увидеть, надеялась, что тот не раньше начала зимы прибудет во фьорды. А вот глядишь ты, явился... И самое противное - ведь простой воин - не ярл, не сэконунг.

А ведь могли бы Альва так приветствовать...

- Что нахмурилась, сейдкона? - расхохотался Вефред, поймав неодобрительный взгляд ведьмы. - Никак о милых сердцу дружках вспомнила, сыновьях Некви Лучника?

Гейдрид только плечом дернула: уж чувства- то она свои за два года с лишком научилась не показывать:

- Одного Неквисона я уже давно забыла, а второго - и не помнила вовсе!

Только рука сама к стеклянным бусам, подаренным Альвом, потянулась.

Домой сейдкона постаралась попасть как можно быстрее. Не хотела на причал выходить, не собиралась со старым знакомым встречаться, а значит надо было Грани, одолженную у соседей, как можно было скорей назад вернуть... И спокойно обдумать, к чему же может привести новый закон Альтинга...

Ведьма во фьордах – человек полезный. Ребенок заболеет, у коровы молоко пропадет, в поход пойти соберешься – к кому побежишь? К ведьме, конечно. Та руны раскинет, гальдрастав свяжет – и, глядишь, беда уйдет… Без ведьмы во фьордах никуда.

Да только и гриммы раньше людями полезны были. И где сейчас призрак с капища из Согне- фьорда?..

Шагнув через родной порог, сейдкона привычно склонила голову, здороваясь с домовыми духами: пусть вне закон признаны все, в том числе и феттиры - хранители, но если сама ведьма от своего очага их не прогонит, кто на это осмелится?

Посох девушка оставила у самой двери: позовет кто для гальдра - чародейства, и можно будет не искать.

Откинув занавесь, отделявшую жилую комнату от кухни, ведьма шагнула вперед, распахнула тяжелые ставни, впуская в помещение свет и свежий воздух... И замерла, уловив краем глаза какое- то шевеление в дальнем углу.

Резко развернувшись на каблуках, Фритьофдоттир сунула пальцы в висевший на поясе кошель с плитками вырезанных рун. Кожу кольнуло холодом, ледяная руна в кулак легла.