Бездна цвета багрянца

- Рассказываю, и помните, что сказанное здесь - должно остаться здесь. Вы намерены брать приступом Китай-город. У вас большое войско, а польский гарнизон ослаблен голодом. Но делать этого не стоит.

  - Это еще почему?

  - Потому что прямо сейчас сюда с запада движется Ходкевич с войском, ведет огромный обоз с продовольствием. Тебе придется бросить все силы на то, чтобы не дать ему прорваться к осажденным - а они могут тем временем ударить в спину. Я могу тебе помочь. Устранить угрозу в Китай-городе, и сильно облегчить последующий приступ.

  - Как вы это хотите сделать? - Пожарский уже успокоился, и слушал более внимательно.

   Вперед шагнул старик, Никита Летич.

  - Ночью мы проберемся за стену, перебьем караульных и военачальников. Потом откроем ворота. Застигнутые врасплох поляки, которых некому вести, сдадутся без боя.

  - Вы? Вдвоем? - князь усмехнулся. - Скоморохов только мне тут не хватало...

  - "Скоморохов"? - прошипел Никита.

   Все присутствующие дернулись было к оружию, но замерли.

Потому что последнее слово старший Летич произнес, уже присев за спиной у Пожарского, и держа у его горла кинжал. Никто не понял, как он за единый миг миновал почти три сажени, но на это даже не обратили внимания.

  - Отец, нож мне отдай, - тихо сказал Федор таким голосом, что в шатре будто холоднее стало. - А ты, князь, слова выбирай. Чай, не с холопами говоришь.

   Старик повиновался, медленно убрал нож в ножны и вернулся на свое место у входа.

Проводили его тяжелыми взглядами, к которым примешивалась изрядная доля недоумения - с каких пор сын отцу приказывает?

  - Все так и есть, - вставил свое слово митрополит. - Жизней много можно сберечь.

  - С Никитой Афанасьевичем Нарву брали, - добавил боярин Дмитрий Александрович. - То же самое в тот раз было - пробрался ночью за стену, да склад с порохом поджег.

  - Может и так, - Пожарский сделал вид, что ничего не случилось. - И если вы пришли вот так - чего хотите взамен?

  - Ничего, - ответил Никита.

- Не ради золота воюем.

  - А ради чего?

  - А ты ради чего воюешь?

  - Ради народа.

  - И мы для того же.

  - Да пусть идут, не жалко, - влез в разговор еще один боярин. - Получится - молодцы, не получится - берем город, как раньше говорили.

  - То есть, договорились, - довольно кивнул Федор. - В бой завтра поутру пойдете?

  - Нет, через день.

  - Хорошо.