Бездна цвета багрянца

  - Сами не тронули, я надеюсь?

  - Упаси Господи, - митрополит перекрестился двумя пальцами. - Камнями заложили, песком засыпали, известью на крови и серебре залили. Из мощей святых оберег собрали, чтобы снаружи никакая сила не прорвалась.

  - Проще было уничтожить все рукописи, а казнить всех, кто что-то знает... Эти места себя сами защищают прекрасно. Добре, мы беремся. С вас нам за труды плата скромная - пуд серебра, не больше и не меньше. Негоже честному богомерзкому волхву задаром шеей рисковать, не по правилам, - пояснил Федор на удивленный взгляд Амвросия.

   Митрополит направился обратно к княжескому шатру, волхвы - к окраине лагеря, где остались лошади и немногочисленная прислуга из холопов.

  - Звезды... - пробормотал Никита и посмотрел на небо. - Звезды-то все и испортить могут...

   На небе не было ни облачка. Сияющая россыпь звезд усыпала все небо, как алмазная пыль. Они казались гораздо ярче обычного и мерцали каким-то особым, мистическим светом, который изливался на землю, как бесконечная река, и покрывал собой все.

  - Звезды это скверно, - согласился Федор. - Они будут гораздо сильнее. Потому и идем вдвоем.

  - Нет, это не дело. Все яйца в одну корзину класть не след, - старик поучительно потряс пальцем. - Ты теперь тисофию носишь - стало быть, тебе и проще звездами заняться будет, да ловушками апостольскими.

   Никита приложил ладонь к сердцу и выражение его лица окрасилось смесью обреченности, решимости и смирения.

  - Древняя кровь, Федя, древняя кровь... Я с трудом уже себя в руках держу. Вспылил, чуть было князя из-за пустяка не порезал. Тяжкая это ноша, столь же тяжкая, сколь и могучая. И ты ее несешь, и дети твои понесут, и потомки их будут нести во веки веков. Много бед она приносит... но если дать ей волю в нужное время - станет спасением.

  - Отец, ты в своем ли уме?! - шепотом прокричал Федор. - Неужели правда зверем обратиться решил?!

  - Это не зверь, - помотал головой Никита. - Это древняя кровь... древняя и благородная, из самых допотопных времен. Что ей какие-то цари-короли? Кажется мне, что многого мы про нее не знаем, и должного уважения не оказываем. Страшимся ее, как черт ладана, вместо того чтобы с почтением отнестись, как к предку.