Ловец душ, или История Генриха фон Штейнберга

 Поздно вечером баронесса в шляпе с густой вуалью в сопровождении серьёзного молодого человека вошла в ворота аккуратно оштукатуренного особняка с красной черепичной крышей и прилегающим к нему небольшим садом. Маэстро выслушал важную гостью с выражениями глубокого почтения. На сморщенном лице лукавого итальянца в нужные моменты появлялась и исчезала очаровательная светская улыбка.

 Когда её милость рассказывала о малютке Генрихе, в пронзительных, необычно молодых для старика чёрных глазах читалось сочувствие и искреннее сопереживание.

Правда, об истинном отношении мужа к больному сыну, женщина умолчала. К чему какому-то итальянскому музыкантишке знать о тайнах знатной семьи!

 То, что мальчик не будет приезжать на каникулы домой, баронесса объяснила слабым здоровьем ребёнка и его нелюбовью к долгим путешествиям. Зато баронесса сразу озвучила приличную сумму, которая будет регулярно поступать на содержание и обучение сына. Разумеется, молчание маэстро о настоящем имени нового ученика тоже учитывалось, Генрих поступал в пансион под вымышленной фамилией.

Проницательный и многоопытный итальянец не нуждался в дополнительных объяснениях. Они с баронессой прекрасно поняли друг друга.

***

 После ухода визитёров, старый музыкант повеселел. Маэстро приказал важной, толстой кухарке госпоже Марте зажарить цыплёнка и принести бутылку французского вина из его личных запасов. Та, окинув хозяина недоверчивым взглядом, попросила повторить распоряжение, несколько последних месяцев господин Корелли питался также скромно, как и его ученики.

 Предложение баронессы стало для скромного учителя музыки настоящим подарком судьбы. В последнее время он здорово задолжал мяснику и бакалейщику, а ещё за дрова, зима опять обещала быть холодной, что было вдвойне неприятно для теплолюбивого итальянца. Необходимость взять часть денег из суммы, отложенной на покупку домика в предместье Милана, где маэстро собирался провести остаток жизни, давила на старика тяжёлым грузом.

 К сожалению, в текущем году почти все ученики из более-менее состоятельных семей завершили курс обучения, а родители тех, кто остался, могли предложить весьма скромную плату. Так что маленький пансион маэстро Корелли переживал трудное время. Предложения поиграть на праздниках, на званых вечерах поступали всё реже и реже. Дело в том, что маэстро постарел и утратил большую часть своей привлекательности, ловкие молодые конкуренты обходили его со всех сторон.