Ловец душ, или История Генриха фон Штейнберга

Несмотря на скудные средства, выделяемые маэстро на питание, госпожа Марта умудрялась экономить и откладывать кое-что помимо жалованья в заветную шкатулку, спрятанную в дальнем углу шкафа в её спальне. Словом, имелась веская причина, чтобы толстуха довольно вежливо поздоровалась с Генрихом и без лишних слов дала ему кусок подсохшего хлеба с ветчиной, оставшейся после вчерашнего ужина. Затем кухарка позвала старую горничную, чтобы та показала мальчишке комнату, которую ему предстояло делить с двумя другими учениками.

 Комната, где Генрих должен был провести шесть долгих лет, представляла собой квадратное помещение с тремя узкими, неудобными кроватями, облупленным столом, рядом с которым красовался почти новый стул с витыми ножками, одна из которых шаталась, и высоким массивным старым шкафом из тёмного дерева. В шкафу ученики держали одежду, а личные вещи хранили в сундуках и чемоданах под кроватями. Книги и инструменты находились в классных комнатах.

 Генрих неуверенно присел на указанную ему кровать и просидел там целых два часа, вслушиваясь в музыкальные звуки, переполнявшие дом.

Там его и нашли двое других учеников, что жили в этой комнате. Высокий белокурый, с круглым лицом и яркими синими глазами мальчишка лет двенадцати, третий сын разбогатевшего булочника, звался Питер.

 Несмотря на полноту, Питер отличался подвижностью и живым характером, однако добродушие, часто приписываемое толстякам, ему было несвойственно. Глаза Питера на миг сузились и, словно буравчики, впились в новичка, мгновенно оценив самого Генриха и его пожитки.

Потом Питер дружелюбно улыбнулся, продемонстрировав ряд мелких, острых зубов. В ожидании подвоха Генрих пригнулся, чуя недобрый характер соседа, как чувствуют людей животные, оказавшиеся в их власти.

 Питер продолжал улыбаться, и Генрих невольно опустил глаза, отодвинувшись к противоположному краю кровати. В широкой улыбке сына булочника напрочь отсутствовала искренность и теплота. Питер неплохо для его лет разбирался в людях и в корыстных целях умело манипулировал соучениками и прислугой.

Он сразу распознал в новичке умственно отсталого мальчишку из влиятельной семьи.

 Хитрец тотчас же сообразил, что ловкий в делах маэстро взял Генриха в пансион не по доброте душевной, а потому, что у меркантильного итальянца в данном случае был вполне определённый интерес. Посему Питер принялся подлизываться к новому соседу, рассчитывая использовать его связи или кошелёк.