Ловец душ, или История Генриха фон Штейнберга

Никогда Генрих не встречал столь прекрасного создания! Он стоял на дороге, не сводя глаз с незнакомой девочки, позабыв о том, что учитель велел ему отойти на обочину.

 Кучер щёлкнул кнутом, и лошади тронулись, обдав Генриха очередной порцией воды из лужи. Мальчик ошеломлённо захлопал глазами. Лицо и одежда юного музыканта покрылись грязными разводами, но ему было всё равно. Девочка в окошке кареты звонко расхохоталась. Затем раздался голос её матери: – Луиза! Ведите себя прилично.

И девочка послушно скрылась в глубине кареты.

 Генрих остался стоять на том же месте, неимоверно грязный и очень счастливый. Он не мог понять, почему сердится его учитель… Господин Эрнест с раздражением бросил несколько резких слов в адрес кучера и взялся вытирать платком лицо ученика. Мальчик доверчиво улыбнулся учителю и помахал рукой вслед карете. Когда Генрих, прерывая слова невнятным мычанием, попытался выразить учителю свои восторги по поводу данного происшествия, господин Эрнест грустно вздохнул и покачал головой.

 Для мальчика это был один из самых счастливых дней – он впервые услышал несравнимый ни с чем голос органа и увидел ангела. Что с того, что ангел над ним посмеялся? Генрих никогда не страдал от гордости и очень редко обижался. В его ограниченном мирке не имелось места для злости и обид, убивающих в человеческой душе светлое и прекрасное… 

               ***

 На следующее утро господин Эрнест застал ученика в классной комнате за фортепиано.

К огромному удивлению учителя, пальцы Генриха довольно точно наигрывали токкату, которую тот накануне услышал в церкви. Мальчик был поглощён игрой, и даже не услышал, как отворилась дверь, и вошёл учитель. После этого случая господин Эрнест брал с собой ученика к мессе каждое воскресенье.

 В жаркие летние дни, наскоро собрав с собой еды, которую удавалось найти на кухне, учитель и ученик уходили в городской парк или бродили по светлым сосновым лесам за городской чертой. Они гуляли целыми днями, с наслаждением вдыхая аромат цветов и трав, нежились в тени деревьев и купались в реке.

Генрих не умел плавать, и господин Эрнест начал его учить. С наступлением темноты весёлые и счастливые учитель и ученик возвращались в пансион, тихонько пробирались на кухню и ужинали остатками со стола клиентов госпожи Марты.

 Два месяца каникул пролетели незаметно. Генрих подрос и окреп, на его лице заиграл здоровый румянец, а речь сделалась более чёткой.