Бортник

У батюшки в кузне полно мечей, да ведь, другим делом народ то занимался. К свадьбе готовились – не к войне. Не у кузни толпились.

Вынув наполовину меч, Первак вернул его в ножны – Пока до ближних доскачу, пяток стрел успею пустить.  – И, пришпорив коня, Первак понёсся выручать родную весь.                ***

Первак фыркал и отдувался, смывая копоть пожара. Умывался молча. Отругать баб нерадивых, не уследивших за огнём он ещё успеет. Рябинка, тоже молча, поливала из ковша на бугристую, в перекатывающихся мышцах, спину мужа, черпая воду в стоявшей тут же кадке.

Ручеёк, зареванная, с перепачканным сажей лицом, стояла рядом, держа наготове холстину.Первак отстранил руку Рябинки, с полным уже ковшом и  взял у Ручейка, подмигнув  дочке, рушник. Потянулся до хруста и поморщился – всё же содрало кожу то бревно, хоть он и заметил его вовремя, да и отпихнуть вроде успел

– А ну-ка постой, сына! – поймал Первак за руку, пробегавшего мимо Фёдора – Я смотрю, вы с Рыжим-то подружились вроде.

– Лисёнок его зовут, батя. Ну, пусти, баба дровов ждёт.

– Всё им огня мало. – пробурчал Первак – Ну, отнеси, дров-то, а потом подойди – дело есть. Вместе с Лисёнком и подойди.

– Что опять за дело? – вскинулась Рябинка – дома делов мало вам? Помогать кто будет? Пожар свадьбу не отменит!

Баба и есть баба. Лишь бы встрять.

– Дык о свадьбе и речь. – выдавив улыбку, сказал Первак – Я ведь, не один к вам ехал. С напарником.  Да и не пустые мы были.

А как дым-то увидали, я Годилу и послал за подмогой. Думали ведь, поганые опять наведались. Хотя и поздновато уже. Раньше-то они по снегу ведь, не ходили. Ну да. А сам поскакал к вам, поганых рубить. Ну?

– Чего несёшь-то? Какие поганые? Говори, что за дело такое, чтоб помощников забирать.

– А я не сказал? Лошадка с нами была вьючная. Ну, там, убоина охотницкая. Дичина в общем. Так у ручья и осталась. Пусть бы ребятня и сбегала, привела. Ну?

Рябинка досадливо вырвала у Первака рушник, резко развернулась и поспешила в дом.

Прав муж. И хотелось бы слово сказать,  и тут же стыдно стало. Разве дело это, на любимом досаду на пожар срывать? И без того редко бывает, а если обидеть его, совсем дорогу домой забудет.

С тёплой улыбкой Первак проводил взглядом жену и повернулся к Ручейку.

– А ну-ка, давай теперь я тебе полью, поляница***. Да не визжи ты так-то. Вода ещё тёплая. На Земляничке даже заберегов нет.