Княжич Олекса. Сказ первый.

Пеший люд, вынужденный разбегаться перед княжичами и их дружинниками, поднимал недовольный крик, но, разглядев оружие и латы, прикусывал языки.

У ворот княжеской вотчины, расположившейся в северной окраине Смоленска, дружинники князя Ростислава задержали отряд. Мусуд, спешившись, важно обратился к одному из ратников, сторожащих ворота вотчины:

- Вели доложить князю Мстиславу, что прибыли к нему с визитом сыновья Ярослава Всеволодовича, князя Переяславского!

Ратник со всех ног бросился к княжьему терему, на высокой крыше которого блестел золоченый петушок.

Мусуд выжидал с решительной невозмутимостью на лице, но в душе у него скребли кошки: кто знает, как Мстислав отнесется к княжатам! Ждать пришлось недолго – ратник вернулся и с глубокими поклонами пригласил Фёдора и Александра вместе с телохранителями проехать во двор вотчины. Мусуд с облегчением вздохнул.

Князь сам вышел на крыльцо встречать гостей; немолодой, сгорбленный, но удивительно бодрый, Мстислав с искренней улыбкой приветствовал сыновей Ярослава.

Каждого из них он приобнял, выказывая радость.

- Неужто вы птенцы Ярослава? – восклицал добродушно, разглядывая внимательно Фёдора и Александра. – Не привелось мне вас видеть ранее, а сколько лет-сколько зим уже не пересекались наши пути с вашим батюшкой!

- Отец наш под Ригой воюет, - ответил Александр, покосившись на почтительно молчавшего Мусуда. – Нас, сыновей своих, оставил он в Новугороде, да только не усидели мы там.

Поднялся народ в мятеже, грозился нас с братом в талех взять, чтоб обезопасить себя от гнева княжьего. Мусуд и кормилец наш, - Александр кивнул на татарина и Федора Данилыча, - привели нас сюда, рассчитывая на твою милость.

Мстислав помрачнел лицом.

- О мятеже новугородском я знаю! – сказал он тяжело. Он распорядился проводить княжичей в сени княжеские и немедленно угостить на славу, да и про спутников их верных не забыть.

Позже, когда княжичи отдохнули от тяжелой дороги, он призвал их вместе с Федором Данилычем и Мусудом в гридницу. Усадив Фёдора и Александра на скамью против себя, Мстислав заговорил:

- Рад я и не рад, что оказались вы в вотчине моей! – начал князь не торопясь. – Рад, оттого, что люблю и жалую я отца вашего, Ярослава, и не рад, потому что, злой умысел новугородских смутьянов привёл вас сюда.