Лабиринт для чёрного пса

То, что на голове у него волосы были выбриты, с моей точки зрения как врача, было гигиенично, но некрасиво. 

— Конрад, Конрад… — разнеслось среди защитников.

— Монферрат, сам… — шептались вокруг.

— Хорошо стоит. Опытного бы лучника или двоих смелых пройти… — у меня создалось впечатление, что Маржик обучался не в Асклепионе, а учился на жреца Аполлона-убийцы.

Конрад отвёл свой голубой плащ в сторону и его войска двинулись на крепость. Серые мишки резво забегали с лестницами. Три-четыре мишки на одну лестницу, и дорога на стену проложена.

Ставили они лестницы не там, где мы укрепили, а в месте, где никого не было, в богатую часть города. И ведь ничего не сделаешь, остановить их сможем, когда они пойдут на нас через завалы на дорогах. Это просто бойня будет. Неужели мы сюда пришли, что бы посмотреть, как перебьют горстку защитников. 

Вытянув вперёд руку и махнув голубым плащом, Монферрат послал на стену воинов. Поверх их доспехов у каждого надеты красные тряпки, в руках длинные копья у одних простые, у других заканчивающиеся топорами.

Чего только люди ни придумают, чтобы убивать друг друга. Движения плащом, рукой, позы — всё это отражалось на движении войска. Интересное решение командовать фалангами. Пока мы наблюдали, но вскоре  воины в красном полезли и к нам.

Кое-как вооружившись, Тор возглавил оборону одной из улиц. Рядом с ним, прикрывая александроса, возвышался Аэрроп, мелкий Таннес крутился в гуще сражения, вооружённый найденными двумя кривыми ножами.

Я почти сразу занялся ранеными. Не приучены горожане оказались к ведению войны. Пока серьёзных ранений не было, но руки кривые и головы дурные перевязывать пришлось.

Маржика я временно потерял из поля зрения. Когда увидел его, он уже налаживал где-то добытый лук.

Кое-как Тор организовал ремесленников, кто посообразительней. Как я понял, эфебию тут никто не проходил и в ополчении не служил. Если кто и находился из знающих воинское искусство, то уже сражался рядом с Тором.

 

Маржик угрем влез на стену, прицелился, удобно расположившись там на колене. Я не смог отказать себе в удовольствии и тоже залез посмотреть.

Мужик в жёлтом, которого аборигены называли Монферрат, запахнув на себе голубой плащ, гордо подбоченясь, смотрел, как его войска берут беззащитный город.

Маржик выстрелил. Полководец пошатнулся, его подпёрли.

— Стрелять учись, — с раздражением бросил я сокурснику. Надеялся, что убьёт, а стрела в плечо попала.