Сказки потерянного города

Он был достаточно сообразительным, чтобы быть поблизости и уловить краем уха суть беседы старика Джу и незнакомца. А также понять, насколько его нерадивый учитель боится своего гостя и этого задания.

            Но у его спутника на поясе покачивалась грамота на свободную практику, и Дияз собирался её получить.

            В доме Анжуни юношу встретили насторожено. Даже после того, как Рий Лук имел довольно долгий разговор с хозяином, отношение к юному алхимену мало изменилось.

- Ты хоть понимаешь, кто я и зачем ты здесь? – пробасил пузатый талабрин, свысока глядя на юношу. Его широкие ноздри раздувались. Дышал он тяжело. – Я не потерплю провала. Так что имей ввиду…

- Ты тоже, господин, не забывай, что алхимены берут плату за свою работу. И высокая степень риска должна оплачиваться соответственно.

- Рий, ты кого ко мне привёл? У этого парня нрав, как валун. Надеюсь, и работает он так же хорошо, как и отвечает.

- Это достаточно просто проверить, повелитель, - льстиво, с поклоном отвечал Рий.

- Окажи ему помощь во всём, Лук, и решите, наконец, это бабское дело.

- Я должен осмотреть сераль, - твёрдо сказал Дияз. 

            Анжуни сверкнул глазами,  поднял тяжёлую грудь, растопырил ноздри, но всё же кивнул.

            Позволить пройти мужчине в чужой сераль равнозначно одолжить ему своё исподнее белье. Но ситуация требовала непростых решений. 

            От Рия Лука Дияз узнал, что исчезло уже пятеро наложниц.

Они были разного возраста, куплены с разницей в года, имели разную силу привлекательности. Разумеется, всех рабынь распросили о каждой из пропавших. Они не приходились друг другу ни подругами, ни ярыми соперницами, не вели недостойных речей, ничему особенно не радовались, не горевали без внимания господина. Только вот и свыкнуться с долей никак не хотели. Проявлялось, впрочем, это только в песнях на непонятном языке, в чудных бормотаниях, в отказе заниматься ворожбой и гаданиями.

            Всех их привезли из разных мест. Первой исчезла самая привлекательная с точки зрения возлагаемых на неё надежд. Харутинья. Рослая сильная женщина, с крепкими ногами и широкой тазовой костью. Её поймали там, где заканчиваются пески, и появляется грунт. Там, где возвышаются деревья и воды, свежей и чистой. Столько, сколько захочется.