Марфа Ялгина

Тот фыркнул и вальяжно отправился в перелесок, она же усмехнулась и пошла обратно в дом, легла на кровать и провалилась в сон.

Уже под утро ей приснилось, как где-то между двух холмов, покрытых низкорослым кустарником, горит костёр. У костра лежит огромный медведь - таких Марфа раньше никогда не видела: бело-жёлтая шерсть, вытянутая морда, а сам он словно был крупнее самого большого из виденных ею. А рядом с ним, уткнувшись в его мягкий бок лежит нерусская раскосая девушка. Платье её похоже на тунгусское, рядом лежит лук, колчан со стрелами и копьё.

Костёр уже почти догорел, он уже почти не освещает кусты в ложбинке между одним и вторым холмом. И вот Марфа видит, что именно там стоит несколько людей в лохмотьях. Но присмотревшись, понимает, что это не совсем люди. Вместо лиц какие-то чудовищные морды, ноги заканчиваются медвежьими лапами, а на руках длинные острые когти. Эти твари подкрадываются к спящим у костра, крадутся тихо, покачиваются из стороны в сторону, стараясь не шуметь по мшистой земле. В какой-то момент, когда в костре раздаётся треск не до конца прогоревшей ветки, они бросаются на спящих.

И именно в этот момент Марфу будит стук колотушки по калитке.

***

- Тётя Марфа! - сын Никодима стоял на улице и звал знахарку, - Тётя Марфа, шаман от Бурхана приехал, тятя тебя просит!

Марфа, накинув платок, вышла в морозное утро. Заиндевелый мир играл всеми цветами под лучами утреннего солнца, что аж больно было смотреть. У калитки стоял мальчик, которого она вчера видела на никодимовом дворе, сынок его.

Судя по яростному лаю с этой стороны, невидимый пёс был по эту сторону двора и не давал парню даже приблизиться, чтобы ещё раз постучать.

- И тебе доброе утро. - она постаралась быть максимально приветливой, но это не слишком удавалось, так как она буквально недавно была разбужена, - Ещё раз повтори, пожалуйста.

- Так это, буквально только что шаман приехал. Они живут на шаманском мысу, два шамана-то. Вот, приехал один из них. - парень говорил сбивчиво, было видно, что он запыхался, пока бежал сюда, - Как только приехал, так сразу к батьке.

А батька уж после этого вышел и сказал бежать до тебя, чтоб ты быстрее тоже к нему шла.

- От Бурхана, значит. - пробормотала знахарка, опершись на калитку, - Скажи отцу, что я только умоюсь, так сразу приду.

Парень кивнул и помчался обратно. Пёс перестал лаять, а Марфа вдохнула полной грудью морозный воздух. “И кто же все эти люди? И зачем же мне всё это счастье?” - вздохнула девушка и направилась к колодцу.