Марфа Ялгина

- глаза девушки гневно сверкнули, - Тебе страшно оказаться на месте, где твоя мабишен живёт? Сам, небось, отправлял туда умирать родственников?

- Зря гнев заполонил тебя. - покачал головой шаман, - Но вижу, что сейчас он говорит, а не ты сама. Муибишен страшна, но совершенно не похожа на то, что рэккен принёс в твою деревню. От Муибишен темнеет кожа, покрывается язвами и струпьями, люди слепнут и теряют конечности от неё. Словно гниют при жизни. А здесь нет.

- Значит, вблизи от деревни есть остров, где сотни лет умирали вот такие люди, как ты говоришь? - гнев захлестнул Марфу, она готова была прямо сейчас наброситься на шамана, который вдруг стал для неё виновным в том, что в этой деревне нельзя было спокойно пожить.

- Муибишен давно не было на нашем берегу. - бурят побледнел и отступил на шаг от девушки, - Но если ты боишься, что болезнь вернётся, что её разнесут рэккены, я вернусь к Бурхану и поделюсь своими мыслями… - он запнулся, но продолжил, - Но та болезнь, которая сейчас здесь - она другая, запомни это.

- Ты вернёшься к своему старику. - Марфа заговорила очень спокойно, подошла вплотную к буряту, взяла его за ворот рубахи и приподняла, - А завтра ты вернёшься сюда со всей своей шаманской армией, со своим Бурханом, со всеми этими рэккенами и абасами, вернёшься и очистишь этот остров от той заразы, которая притаилась на нём!

Мир для бурята побледнел, словно бы в стакан воды капнули немного чернил и очень быстро перемешали. Марфа была ниже него на голову и намного миниатюрней, но он ощутил, как она его на мгновение, подняв за ворот, оторвала от земли.

- Тётка Марфа! - на крыльце дома стоял сын старосты с бледным, как скатерть, лицом и красными глазами, - Там бабушка отошла. А папка-то всё.

- Чего всё? - знахарка отпустила шамана, тот отшатнулся, сделав шаг назад.

- Слёг он, горит, Марфу просит. - мальчик шмыгнул носом, - И священника.

- За ним послали же. А я сейчас приду. - глухо ответила девушка, развернулась к буряту и буквально прошипела, - Твари нижнего мира не могут здесь показаться.

Гнев вырвался наружу и буквально захлестнул своей волной весь мир. Она резко наотмашь ударила шамана по лицу. От рухнул от пощёчины на зад, издав жалобный вопль. На его щеке алели кровью полосы от пальцев знахарки. Мир потемнел, уши заложило. Сына старосты обдало таким ужасом, какой он не испытывал никогда раньше. И зажав рот руками, отрок осел по крылечному столбу.