Марфа Ялгина

А уже потом на остров через гору Ижимей и жилище Угэдэ-нойона войдёт сам Эрлик-хан, войдёт и будет править. И ничего его коварный брат не сможет ему сделать.

Откуда-то с юга ветер пригнал тучи и пошёл дождь. Мусмал посмотрел в сторону, где между гор было укрыто жилище Сармы, и повёл плечами: “Ничего, и до тебя, девка, доберёмся. Не справишься ты с нашей мощью”. Внезапно прямо позади него раздался грохот такой силы, словно сама земля разверзлась. Великан обернулся и увидел своего хозяина, Эрлик-хана, восседающего на огромном быке.

- Встань. - голос Эрлик-хана был подобен раскатам грома, - Времена изменились, и мы должны торопиться.

- Что мне делать, повелитель? - Мусмал встал и взглянул в лицо своему владыке, - Мы готовы нападать уже сегодня.

- Ты должен нападать уже сегодня, на закате. Нужно отвлечь Сарму от проводимого ритуала. - Эрлик-хан невольно взглянул в сторону, где проживала бывшая шаманка, - Иначе она сможет помешать моему шаману, а тогда всё сорвётся.

Мусмал не шевелился, он внимал.

- Вначале ты должен обрушить удар на селение этих бородатых людей, Ялгу. Там есть их шаман, твои рэккены должны его одолеть. Как только с этой деревней будет покончено, нападайте на мыс Бурхана. Старик лишился одного шамана и отослал другого помешать нам, потому с ним останется лишь его верный ийрат. Сметите их сопротивление. А как только явится Сарма - убейте её.

- Будет исполнено, господин! - Мусмал кивнул и посмотрел на берег Ольхона, где пока лишь ветер гулял в перелесках.

***

Они прорвались сквозь пелену дождя и подъехали к мысу, когда ветер уже разметал тучи, и в горы садилось солнце. Его рыжие лучи превратили и без того бурую равнину с пожелтевшей травой в сделанную из бронзы. Балта привстал на стременах и показал вперёд на белеющую ленту каменной стены, которая перерезала мыс от одного края к другому. Отсюда, с нескольких сотен шагов, были видны тёмные фигуры, сновавшие между белеющими на мысу камнями. Марфа вспомнила рассказ Баяндэлгэра, перед её глазами промчались вольные сильные коневоды, а затем появились страшные и хмурые фури.

- Мы здесь видны хорошо. - произнёс один из охранников на не сильно понятном русском, - Давайте схоронимся в лесу, а я схожу поближе, послушаю. - он указал жестом на еловую рощу, которая была справа от них.

- Чует моё сердце, ночью появятся эти ваши юбёры.