Сказания не лгут

А тебе рваньё!

Атанарих, уступая натиску старухи, взял шапку из волчьей шкуры. От неё пахло полынью и лежалым мехом, но не человеческим потом. И, правда, почти не ношена. 

– Давно его убили, Журавлёнка вашего? – проворчал Атанарих.

– Про то не бойся, и петухи опели всё, и полынью окурили. Да и прошло немало, годов шесть… ну да! Мой Гульдин ещё мальцом был. Меряй, давай, что брезгуешь?

Атанарих сдался. По правде сказать, длинная меховая куртка и отороченный мехом плащ были даже красивы, точно так же, как пара расшитых рубах.

Но половину одежды не то что Атанарих, но и слуги в доме его отца погнушались бы надеть. 

– Это–то мне на что? – снова запротестовал он.

– А стену подновлять или за дровами в лес – в чём пойдёшь, в нарядном? – обозлилась старуха. – Какой ты строптивый! Меряй, давай. Потом благодарить будешь.

И не отстала, покуда не перемерила всё, подгибая рукава по нужной длине. Когда Атанарих вырвался из её лап, ветер уже разогнал туман, но светлее и теплее не стало – тучи нависали над самыми хакийскими черепами.

Атанарих побежал к воротам. Стражи уже сменились, а Фритигерн развёл в стороне костерок и грелся.

– Долго ты, – смеясь, заметил он.

– Еле жив ушёл!

– Кунигунда – баба–огонь, – весело подтвердил один из стражников. – Но ты ей теперь должен, венделл. Раз она взялась за дело, тебе зимой вовсе заботы о холоде не будет.

– Хотел бы я знать, какие тут у вас холода, если вы шьёте штаны из меха? 

Стражи наперебой начали рассказывать про толстенный лёд на реке – табун коней выдерживает! Про снег, который укрывает землю, как меховое одеяло.

Про отмороженные носы и щёки. Атанарих верил, но представить не мог. Дома снег был редкостью, всё больше дожди да промозглая стынь. 

Потом стражи вдруг враз умолкли и подобрались. Атанарих понял, что идёт рих. Вскочил на стену, торопясь увидеть его. Два человека и собака собирались перейти реку…

Рих был пешим. На шее у него болтались связанные за ноги куропатки. Рядом, заложив кренделёк хвоста на спину, бежала остромордая собака.

Чуть поодаль гордо вышагивал мальчишка. Вот они спустились с пологого откоса к воде. Малец замялся, подумав, начал стягивать штаны. Оно и понятно – вода в реке даже со стены казалась стылой до стука зубов. И ветер пронизывающий. На таком ходить в мокрой одежде – мало радости. Но рих бесстрастно зашагал через брод. И собака кинулась вплавь.

Витегес был немолод – примерно той же поры, что Рицимер.