Яр. КН 3

Только ради всех святых умоляю вас, не смотрите в сторону обоза. Отщепенцы и их добро никуда от нас не денутся. Первостепенная для нас цель это уничтожение воинов, а потом уж мы вовсю оторвемся и отыграемся на быдле. Далеко по лесу со своим добром они все равно уйти не успеют.

- Арнольд. Это напоминание об обозе лишнее. – Гордо выправил осанку в седле Бертран.

- Прошу меня простить, если я ненароком задел вашу дворянскую гордость. – Все-таки Фитингоф хоть старательно и скрывал, но все же страдал больным самолюбием.

- И в мыслях не было чем-либо вас обидеть. – Постарался скрыть он эту свою слабость. - Просто по привычке пытаюсь предусмотреть и не пропустить ни одной мелочи. К тому же от подобных мелочей очень многое может зависеть. В том числе и наши с вами жизни. Понимаете?

- Понимаю. – Согласился со словами Арнольда Бертран.

- Вот и чудно. А теперь не будем терять время даром. Русские, наверное, истомились нас дожидаясь. Давайте не будем растягивать это их мучительное ожидание. – Улыбнулся Фитингоф, выставив на всеобщий обзор все свои тридцать два зуба.

– Давайте их просто всех убьем. Да поможет нам в этом благом деле бог и покровительница нашего ордена «Святая Дева Мария».

Что тут скажешь. Любят на западе рыцари, короли да императоры себе бога да небесных покровителей в помощники на поле брани звать. И при этом напрочь забывают, что Господь по сути своей пацифист. Что он всей своей сутью против всякого душегубства выступает. Что учит он исключительно добру да миролюбию. Да и как Господу выбирать, кому помогать, когда с одной и другой стороны его почитатели стоят? В таком случае только одно решение напрашивается само собой плюнуть на все да отвернуться, чтобы не видеть, что люди в свое безумии творят.

Дружинники князя Юрия Витавтовича да воеводы Острова Еремея Тимофеевича в это время вглядывались в ночную темноту, ожидая прихода противника. Вглядывались да тоже про себя тихо молились. Вроде и не о победе над врагом молитвы их были. Просили Господа об одном. Спаси, мол, и сохрани.

Скромные желания. Вот только суть при этом все та же выходила.

- Чем порадуешь Будислав? – Встретил вопросами князь командира дозора. – Что узнать удалось? Чего там немец супротив нас замышляет?

- Что замышляет, про то сказать не могу, я чужие мысли читать не умею.

- Ты не умничай. Говори про то, что прознал?

- Идет немец. Недалече уже.

- Ишь ты, храбрецы какие. – Покачал головой князь. – Даже ночной темноты не убоялись. Но ничего. Встретим их, как и полагается.