Спасение не-рядового М.

Май Лзы пожал плечами:

– Пока меня не вылечат, или окончательно не угробят, – нет. Если я не ошибаюсь в своих предположениях, лететь до Цетаганды нам еще суток трое, но я заметил, что у вас здесь, – дух указал на комнату и сереющий предрассветный полумрак, в который куталась столица, – время идет как-то поживее. Предположим, наши сутки у вас за неделю… Ты что-то сказал?

– Я не сказал! Я умоляю!!! Займись чем-нибудь и оставь меня в покое! – закричал Линь Чэнь и наконец-то проснулся по-настоящему.

*5*

– Я пришел вас поблагодарить. И обругать!

Оригинальное начало. Линь Чэнь поднял глаза от рабочего столика, на котором в кажущемся беспорядке были выложены сушеные сборы, порошки, флакончики, куски угля, обрывки бумаги и клочки овечьей шерсти – и немедля воздел обе руки, останавливая неукротимое продвижение в комнату главнокомандующего Мэна.

– Я подумаю, что из этого соглашусь от вас принять. А вы замрите, Мэн Чжи!

Развевающиеся полы халата командующего грозили смести на пол добрую половину разложенного.

Высокая приметная заколка сидела на волосах неуловимо криво. Глаза… да, точно, покраснели, и как бы не только от уличной пыли. И запах вещества, в очищенном виде служащего прекрасным растворителем, исходил от него отчетливо.

– Обругать! – повторил тот, но исполнительно застыл статуей скорби. – Вы бесстыдный насмешник, молодой господин Линь! Вы насмехаетесь тогда, когда мы все беспокоимся! Сяо Шу лежит без чувств уже целый день…

– А я вот, когда беспокоюсь, ехидничаю, – отрезал Линь Чэнь.

– Не бойтесь, на этот раз я здесь, поэтому он скоро придет в себя и будет в порядке. Давайте уже, переходите к той части, где благодарность. Мне нечасто случается её слышать от вашей братии.

– Да, я вам благодарен! Вы спасаете его. Его жизнь. И его дело! – возгласил командующий звучным голосом, пригодным, чтобы отдавать приказы на поле боя. –Я чуть не сделал ошибку – вы меня остановили. Выругали, да! Но остановили! – Он сложил ладони в жесте благодарности и попытался поклониться, но и слегка пошатнулся.

– Садитесь, Мэн Чжи, будьте моим гостем, – поспешно кивнул ему Линь Чэнь в сторону столика подальше, а свой рабочий, точно бродячий фокусник – пестрым платком, накрыл куском полотна.

Из приличной закуски у него была разве что вяленая дыня, зато вино он припас хорошее – зеленое, настоянное на шафране, какое не стыдно подать и придворному, бывавшему на императорских пирах.