Спасение не-рядового М.

– …лорд, пожа… – что-то выговаривал медтехник в биозащитном костюме, одновременно направляя лампочку диагностического прибора прямо Майлзу в глаза. – Милорд, сосчитайте до десяти. Вы слышите меня?

– Сл…у… – с третьей попытки выдохнул Майлз Форкосиган. Холод. Спасительный, мать его, холод. Режущий свет и писк индикаторов, ввинчивающийся в уши. Вырвавшись из кошмара, он быстро произвел рекогносцировку: он лежит на койке в медотсеке, в носу дыхательная трубка, в вены заливают адскую смесь, назначение которой – временно заблокировать размножение мерзкого цетагандийского изобретения.

Если не получится, если они не успеют – зубастая цетская сволочь раскроет пошире свою метафорическую пасть, подвяжет несуществующее горло выдуманной мерзкой салфеточкой с вышитым вензелем Райского Сада, и приступит к пожиранию его, Майлза Нейсмита Форкосигана, лорда Аудитора Барраярской Империи, ДНК, клеток и внутренностей.

Так что пусть будет капельница в руке и трубки в носу: хорошо, что не в горле.

Трубка в горле означает наркоз, а наркоз – отказ органов или криозаморозку, прямо никак не выбрать, что хуже, все такое вкусное…

Да ладно, если бы речь шла только о спасении его единственной и неповторимой шкуры. В результате хитрой провокации и изощренной лжи две воинственные империи, два давнишних военных противника оскорбленно сходились, быстро одеваясь броней, маневрировали, занимая выгодные для атаки позиции, и только хрупкая иголочка корабля с еще более хрупким полудохлым Аудитором у нее на борту могла бы остановить это движение.

«Пустельга», быстрейший курьерский корабль вооруженных сил Барраяра, и ее спутник – безымянный истребитель с «Принца Ксава» с гулом прорезали застывшее, как клей, бесконечное пространство, двигаясь в сторону Цетаганды, но это происходило все равно невообразимо медленно. Отчаянно долго. Невыносимо.

Плюс еще несколько подходящих эпитетов, описывающих нечто очень скверное и чересчур большое, чтобы с ним можно было справиться.

Да, вот именно: большое, как межзвездная пустота, и такое же страшно холодное. Несмотря на капельницы, переливания, очистку крови, лошадиные дозы иммуностимуляторов, Майлза трясло так, что зубы, казалось, сейчас раскрошатся. И оставшиеся команды он будет отдавать, шамкая беззубыми челюстями.