Спасение не-рядового М.

Умирающий парень уже выглядел совершенным трупом: глаза ввалились и потеряли всякое выражение, кожа побледнела до серости, волосы выпадали клоками, тяжелое дыхание вырывалось с хрипом и клекотом… уже не сяо Шу, и даже не Мэй Чансу, а что-то бездушное, нагло попирающее законы Неба и Природы, но продолжающее цепляться за жизнь.

Как сам Линь Чэнь, только что радовавшийся чудодейственному спасению из рук мертвеца.

Еще-не-покойник с трудом моргнул и воззрился на него в упор.

В его глазах вспыхнуло по отражению багряно-золотой точки. Той самой, которая конец всему. Даже всезнающему Архиву.

– Стоо-ой! – закричал Линь Чэнь, бросаясь вдогонку за Май Лзы. – Еще не поздно всё исправить!

Расталкивая людей и призраков, он выскочил из госпиталя – чтобы оказаться в другой палате. На узкой койке, опутанный паутиной прозрачных стеблей, с придвинутыми досками из черного нетающего льда, на которых в беспокойстве мельтешили огоньки и нити, лежал сам Май Лзы.

Вернее, то, что от него осталось – почти не поврежденная голова, руки, нижняя часть живота и ноги, все еще в серых штанах и сапогах на шнуровке. Вместо груди – месиво, полное осколков ребер, кровавых сгустков и кусков омертвевшей плоти.

Вокруг адмирала суетились женщины и несколько мужчин, разные возрастом, но почти одинаковые внешностью и легким одеянием. Черные (или с проседью, или полуседые) гладкие волосы, черные внимательные глаза, ловкие руки, блестящие хирургические инструменты.

– Не смей умирать, идиот! – закричал Линь Чэнь, совершенно забывшись. – Не смей умирать, пока всё не исправишь!

Одна из женщин повернулась и посмотрела прямо в лицо коллеге из Великой Лян.

– Ирис? – позвала ее сестра. – Что-то случилось?

– Так, послышалось, – ответила Ирис, возвращаясь к копанию во внутренностях пациента. – Напомни мне попросить Лилию больше не экспериментировать с той частью генома, которая должна усиливать наше эмоциональное взаимопонимание с пациентом.

От некоторых эмо-резонансов у меня потом раскалывается голова.

– Эмоциональное взаимо… Эмоции! – бессвязно повторил Линь Чэнь. Резонанс, взаимопонимание и постепенное усиление – как раскачивающийся под шагами мост, пока не выйдут из пазов опоры. Линь Чэнь и позабыл, когда видения Архива столь сильно воздействовали на него самого.