Толкование сновидений

Кошмары? Никаких кошмаров. Кто ему все же снится? Его девушка, например; она, должно быть, уже заждалась его в Форкосиган-Сюрло, пока шеф упорно не выпускает Майлза из стен штаб-квартиры. Ну вот не знаю, то ли до заключения медкомиссии, то ли до итогов финансовой ревизии, но согласитесь, доктор, честному человеку неуютно чувствовать себя арестованным! Честному, морально устойчивому и политически сознательному, цитируя вас же. Нет, при чем тут Федя, просто к слову пришлось. И флот снится. И Земля, да.

Как-то незаметно разговор о Земле перепрыгивает на его нового родственника, этого паршивца Марка Пьера (но Майлз уже так рад сойти с темы про сны, что свое раздражение на новоявленного братца попросту задвигает подальше!).

Потому что доктор Смитсон, оказывается, никогда близко не общался с клонами, и ему чертовски интересно узнать мнение очевидца из первых рук. Потом они немного дискутируют, как именно по бетанским законам отличаются в этом отношении права породителя (самого Майлза) и двоюродной матери (графини Корделии), а потом Смитсон бросает взгляд на хроно и, преувеличенно извиняясь, принимается чаепитие сворачивать.

Майлзу стоит труда машинально не ляпнуть в ответ: «Ничтожный не стоит затраченных усилий!» Вот так, сболтни при кадровом психиатре, что видишь многосерийный сон с древним героем в главной роли и учишься у него цветистым китайским выражениям, и пиши пропало! Прибьют твои подошвы к полу и засадят в штаб-квартире до полного изучения, нормален ли ты. Нет уж, мы сами с усами, разберемся, что к чему.

Понятно, почему он так рвется из Главного Тараканника. Только недавно он ощутил себя на вершине своих способностей, взял в свои руки полное командование флотом, его полюбила прекрасная женщина, и он, в конце концов, достиг пика формы, какой ему позволяло данное от рождения тело… Теперь каждый день в разлуке с суперэффективной личиной адмирала Нейсмита кажется проведённым зря, а образ лейтенанта Форкосигана жмет под мышками, как слишком тесный мундир.

Должно быть, от этого и все сны. Где его условный «альтер эго» лежит забинтованным в тесном коконе и жестоко страдает. Конечно, Майлзу грех жаловаться, если сравнивать себя с воображаемым человеком, обреченным на неподвижный постельный режим — и на заживление сотни переломов, а не простое костное протезирование, но аналогия очевидна. И пока Майлз не решит должным образом все проблемы бедолаги, тот так и будет являться ему по ночам.

Бр-р-р.