Толкование сновидений

Да еще бормочет себе под нос: «Восемь цзяней корня женьшеня, половина скорлупы яйца горного орла, шестьдесят капель крови леопарда… Как считать жуков — по скорлупкам, ножкам или капелькам жира? А что, если рецепт опять попытаются украсть? Тогда давайте напишем — сто сорок четыре крылышка; ослиный вам, длинный и с кисточкой, хитрецы с одинокой горы, а не рецепт исцеления! Эту страну погубят дешёвые подделки! Хотя кто знает, кто знает…»

— Как… долго я здесь? — проталкивает Линь Шу слова сквозь онемевшее горло, когда к нему возвращается речь.

— Вы уже, кхе, послали известие в Столицу?

«Где мой отец?» — нет, он не станет этого спрашивать. Он все помнит: огненные сполохи над полем битвы, стрелы, пробивающие доспехи, копья, с глухим чавкающим звуком вонзающиеся в очередную жертву, и крик: «Живи! Ради Армии Чиянь!..»

Узнать бы, кто тот неведомый враг, чьим приказом лянцы подняли мечи на своих же.

— Два месяца, и нет, мы не посылали в Столицу никаких известий, — отвечает лекарь, не поворачивая головы.

Ужас стискивает грудь, будто на Линь Шу упала целая гора:

— Столица… захвачена? Мятежники… — Тысячи вопросов и предположений мечутся в голове стаей растревоженных трупных мух. Император схвачен? Казнен? А его родичи?.. Матушка! Брат Ци! Цзинъянь! Нихуан! Бусины, разноцветные бусины скользят по разорванной нити, готовые рассыпаться.

— А ну стоп! — цыкает на него молодой господин Архива, словно погонщик на упрямого осла. Отложив шкатулку с незаконченным свитком, он осторожно вытирает струйку крови, сбежавшую из носа пациента.

— Раз ты так упорно стремишься свести на нет мою работу, зачем тебе что-то рассказывать?

Линь Шу трясет головой, показывая, что будет лежать смирно. Но, лишь напоив его снадобьем, от одного запаха которого тошнота подступает к горлу, и не убирая пальцев с запястья, целитель отвечает:

— В Цзиньлине всё спокойно. С тех пор, как главный заговорщик по воле императора принял смерть, сменилось несколько сановников — и это вполне ожидаемо.

Тело генерала Не Фэна с великими почестями предали земле, и его молодая вдова собирается установить ему памятник. Княжна Му отбыла на юг, в родовое поместье, заботиться о младшем брате… Ну, и по мелочи — трех императорских наложниц повысили в ранге, принимали посланников из Страны Утренней Свежести, урожай мандаринов пострадал от сильных гроз с градом…

— Кто? — хрипит Линь Шу. Слова раздирают горло.