Сказ «Одинокий воин»

- Знамо кто. Одинокий воин и положил. Я только спину его увидал, как он в темноте скрылся, - пошутил Заруба.

Кто понял, что парень шутит, а кто ему и поверил. На следующий день тот сказ уже и в путь пустился да по сёлам быстро разбежался. Что одинокий воин уже и в граде людей защищает.

- Мирава тут недалече живёт, - сказал хозяин харчевни. – Пойдём на улицу, я тебе покажу.

А Заруба своим сказал, чтобы его быстро не ждали, и понёс Мираву домой, куда ему хозяин харчевни указал. Занёс её внутрь здания одного, вошёл в квартирку.

То жильё и домом-то трудно было назвать. Так, две комнатушки с мебелью. Для жизни вроде всего хватает. Но тесно. Сразу с порога маленькая комнатушка начиналась. То ли столовая, то ли кухня. Тут и печь была, в которой пироги пеклись. А из кухни дверь в маленькую спальню вела.

- Есть кто живой? – спросил Заруба, Мираву аккуратно на скамью укладывая.

Зашёл в спальню, а там женщина на кровати лежит, белее полотна. Подошёл Заруба к ней. А та и не дышит уже. Он горестно головой покачал да Мираву в чувства приводить пошёл.

Водой на её лицо поплескал, по щекам похлопал. Та глаза и открыла.

- Заруба? - удивилась она, на скамью присаживаясь да руку к голове прикладывая. – А я за лекарем побежала. Матушке совсем плохо стало. А тут как набросятся на меня сзади. И скрутили меня да по голове стукнули, - а сама трясётся от страха.

- А я мимо шёл. Твой крик услыхал, - сказал Заруба. – Вовремя добежал. Ты не бойся теперича. В своём доме ты. Да только вот маменька твоя, - он замолчал.

Мирава как бросится в спаленку. Как закричит. На колени опустилась и давай плакать. Заруба следом за ней вошёл, а что дальше делать не знал.

- Из родни у тебя кто будет? – спросил Заруба.

- Никого нет. И угла сваво нет. И матери моей теперь нет. Пропаду я одна в этом граде. Пусть бы меня те разбойники забрали да убили, - сквозь слёзы проговорила она.

- Если бы они тебя убить хотели… - вздохнул Заруба да замолчал.

А сам с лица сошёл. Стал белее полотна. Руки трясущиеся в кулаки сжал.

- И денег её по-человечески похоронить нет, - всё плакала Мирава.

- Ну, вот что, - сказал Заруба. – О деньгах тебе беспокоиться нечего, - и достал кошель монетой звонкой набитый, - И о жизни своей так боле не говори. Со мной поедешь к нам в деревню. Там жить станешь.

Мирава заплаканными глазами на него посмотрела, а сказать ничего и не нашлась. Увидел Заруба, как она брови гневно вместе свела да плакать перестала.

- Я к чужим людям жить не пойду, – насупилась она.