Танец сомкнутых век

— Я не дам вам его убить, — тихо, но твёрдо говорит Катасах. — Никого из них двоих.

— Мев уже видела это, — хранительница мудрости не сводит взгляд с Винбарра. — Мев уже видела глазами мёртвого Катасаха, как он однажды уже защищал мальчишку renaigse от гнева Верховного Короля.

— И тогда моя смерть ничего не изменила, Наивысочайший, — качает головой Катасах. — И их смерти не изменят тоже.

— Помоги ей, — упрямо повторяет Константин. — Забери всё, что хочешь, только помоги.

— Ничего из того, что ты можешь дать, не вернёт и доли того, что ты отнял, — фыркает Мев.

— Прошу тебя, — Катасах ласково гладит её руки желтоватыми костяшками, проступающими сквозь плоть пальцев. — Он больше не враг, не Самозванец.

— А если он вернётся? Если он дожрёт наш остров? Добьёт ещё живых! — возмущённо протестует Мев.

— Какая разница, одним трупом больше, одним меньше, — цедит Винбарр сквозь зубы.

— Ты не такой, брат мой. Убить — легко, ты же знаешь. А ты живи. Живи сам и дай жить другим.

— Скажи это своей minundhanem, которая ушла в смерть вслед за тобой, — неприязненно фыркает Верховный Король.

— И скажу, — уверенно кивает Катасах. — Вспомни, Мев, почему ты согласилась исполнить просьбу Керы? Не потому ли, что увидела то же, что видишь сейчас и в нём? Отчаянную храбрость идти вслед за minundhanem? Силу идти против всего на свете, даже против самой смерти? Силу, которую я не сумел найти в себе, когда должен был…

Мев печально качает головой.

— Ты выбрал скверный пример, — отзывается вместо неё Винбарр.

— Не следует называть прихотью её любовь и преданность, брат. Не следует обесценивать то единственное в мире, что стоит любой цены. Посмотри на него, Мев. Посмотри и увидь в нём не врага, а того, каким мог стать бы и я, если бы мне хватило смелости и дерзости. Когда он умирал у меня на руках, он был другим. Он боялся смерти. А теперь сам готов отдать свою жизнь.

— Его жизнь не нужна мне, — хранительница мудрости поджимает губы.

— Тех, кто так отчаянно хочет жить, в смерти ждёт только боль, только пустота и сожаление. О том, что он не сумел спасти самое дорогое. О том, что её жертва была напрасной. Представь: что если бы я стал песком и исчез под твоими ногами?

— О, нет!

— Они тоже не заслуживают такой участи, Мев. Ненависть ничего не решит. Слишком много ненависти, боли и смертей.