Игла бессмертия

И откуда черти пригнали этих сорвиголов? Ведь и не уйти им далеко теперь — придёт отряд из Воронежской крепости да с калмыками и поминай как звали. Не уйти никак, не уйти.

Табак не желал загораться, и Николай всё бил кресалом, а искры летели куда угодно, но не в трубку. Мысли отвлекали, а дело раскуривания трубки — занятие кропотливое.

«А откуда взялись эти лиходеи? Ведь ход в село закрыт. Полудница их пропустила? Как же так?.. Да она и погоню смогла бы задержать. А что же бабка-ведьма? Ведь нам помогать обещала.

Курение сегодня не задалось, и Николай бросил попытки, вытряхнул на руку табак, перебрал, вернул нетронутый искрой в кисет и пошёл к воротам.

Лагерь разбойников виднелся недалеко в лёгком тумане. Солнце уже взошло, и дымка истаивала прямо на глазах. Рогатки, телеги, палатки и даже головы татар из охранения стали видны.

— Поздорову, служивые, — приветствовал часовых Николай.

— Здорово, здорово.

На страже стояли двое — один уж в летах, а второй помоложе.

— Не видали ли чего удивительного?

— Чего удивительного?

— Ну, этакого, необычного. Может, баба с серпом ходила?

— Нет, баб не видали, баб мы бы не упустили, — откликнулся с ухмылкой тот, что помоложе.

— А ночью, перед своей стражей, крестились?

— Да что ты прилип как банный лист к заднице?!

— А то, что нечистая сила рядом!

— Эвон ты куда... — оробел казак.

— Вот-вот!

Часовые перекрестились и снова глянули на лагерь — ничего не изменилось.

— Ну и чего баламутил?! — напустился часовой со страху.

— Того, что не забывай!

— Вот я тебе шашкой зарубку сделаю и запомню! Проваливай!

— А ты не лайся, не только свою жизнь бережешь.

Николай отошёл.

Вскоре всех позвали на завтрак. Ели все вместе за большим столом в хозяйском доме — сперва мужики, после бабы с детьми.

Николай жевал и прикидывал, что казаков не так много — и двух дюжин нет. Как же оборонять стены, когда лихих людей, судя по лагерю, едва ли не сотня?

«Тын, однако ж, крепок, авось отсидимся».

После трапезы Перещибка подозвал Николая:

— Пойдём выкурим трубочку, пока все тихо, а то не ровен час начнётся пальба.

— Пойдём.

Они вышли во двор, встали в сторонке и принялись неспешно набивать трубки, огонь уже был готов — Николай прихватил уголёк из печи. Казак прикидывал, что скажет сам, солдат — что услышит.

— Скажи, що ты собираешься робыты?

— Оставаться там, куда меня определил господин капитан.