Демоны прошлого-2

Никто в этом не был виноват, кроме его самого, не сумевшего как следует затянуть подпругу. Умер боцман сразу, не успев ничего сказать товарищам. Москит и Торч задумались о том, что делать дальше. С одной стороны, в прошлый раз все переговоры с моряками с "Блистающей" вел Хрол. С другой стороны, ничего секретного в этих переговорах не было, и о количестве денег, и о товаре уславливались капитаны, а боцману оставалось лишь отдать кошель и взять бочонок.

Перед тем, как похоронить боцмана, Москит и Торч обшарили его вещи.

Нашли и деньги, и письмо для капитана "Блистающей".

- А чего бы нам одним не поехать? - предложил Москит. - А то сейчас возвращаться - так капитан, небось, нас снова погонит. А там глядишь, и до штормов опоздаем. Тебе охота в заливе, как гавно на палочке, болтаться, когда из Мерд-Виля в Тигар на стоянку возвращаться будем?

- И то верно, - согласился Торч. - Чем мы хуже этой скотины Хрола? Глядишь, капитан нам поболе, чем в тот раз, заплатит за нашу полезность.

Без боцмана дорога оказалась гораздо веселее.

Хрол запрещал матросам покупать вино, требуя - вот идиот - полной трезвости. Но сейчас никто не мешал матросам запастись в ближайшей деревеньке мехами с вином.

Несмотря на это, Торч день ото дня становился все мрачнее. В конце концов он не выдержал и поделился с Москитом:

- Ты знаешь, сколько денег в кошеле? Я пересчитал. Ровно полторы тысячи золотых.

- Сколько? - присвистнул Москит. - Вот это да! Да такого богатства на всю жизнь хватит да еще останется! И еще капитан жаловался, что рейсы неудачные в последний сезон.

..

- Во-во, нам с тобой таких денег никогда не видать, - грустно заключил Торч. - И что же может столько стоить? Что в бочонке? Жемчуга? Камни самоцветные?

- Ну, жемчуга бы столько не весили, - не согласился Москит. Да и зачем вокруг них такие тайны устраивать, с Устоля вон всякие безделушки везут, и ничего...

В общем, когда моряки добрались до Мусшаана, какие-то мысли по поводу денег в голове Торча уже были.

Выехав на берег бухты, приятели, как и ожидали, увидели вытащенную на песок шлюпку и расположившихся вокруг нее матросов-мальонцев.

Обмен произошел быстро и без каких-нибудь вопросов. Южане посочувствовали по поводу смерти боцмана и предложили помянуть душу, без обряда и жреческой помощи пробирающуюся в палаты Тима Пресветлого. Москит с Торчем и сами были не против выпить...

Москит сам не помнил, когда уснул. Очнулся на рассвете - от того, что Торч тряс его за плечо. Осмотрелся - и чуть не обмочился от страха.