Власта

— Жить на чужбине на милости тамошних владык? Выпрашивать корку хлеба? Ты давно служишь мне, Гудрёд, неужели ты думаешь, что я могу поступить таким образом? Предать память отца и своих верных?

— Я просто прошу госпожу не отметать этот вариант. В укрытие ваш сын повзрослеет и наберётся сил, а ваши враги успеют перегрызть сами себе глотки. И тогда вы вернётесь.

Бежать.

Власта зажмурилась и сжала кулаки.

Это было так легко, и она не сомневалась, что все будет так, как говорит Гудрёд. Она сможет прожить на чужбине, сможет вернуть земли, но вот только примут ли назад беглянку? Позволят ли править той, кто предал?

Небесная Семья часто карала и за меньшее.

— Тихо! — княгиня ударила кулаком по столу, чтобы прекратить поднявшийся шум. — Бегство — это не спасение, и мы все знаем это.

— Тогда мы будем умирать, — спокойно сказал Гудрёд и на его лице расплылась довольная улыбка сытого кота. — И заберем с собой как можно больше наших врагов.

Все восторженно завопили.

— В древности был один герой. У него всегда было только два выхода.

... ненавижу... стяг падает...

Власта тряхнула головой отгоняя эти мысли. Впервые они не несли её успокоения.

— Бежать или умирать...

***

Могильный камень был холоден под руками. Ты скинула плащи и почувствовала холодный ночной воздух. Хотелось поёжиться, пойти домой, но ты была уверена в своих действиях.

Хотя было очень и очень страшно от того, что ты собиралась совершить.

— Они отняли тебя у меня.

В груди умирало сердце.

— Они оставили меня абсолютно одну. Говорят, мне учтивые слова, клянутся в дружбе, признаются в любви, а сами готовы вцепится мне в глотку, как только почувствуют мою слабость.

Тяжёлый нож неприятно оттягивал руку. Ты уронила его на землю, а затем торопливо, испугано подняла. Прижала к груди и огляделась.

Рядом никого не было. Стояла просто мертвая тишина. Ты стянула шапку, и густые волосы рассыпались по плечам.

— Именем Деда и его Семьи, — шапка упала на землю. — Я клянусь на могиле своего мужа быть верной только ему и его сыну. Отказаться от утех плоти и радости материнства. Быть верной мёртвому, пока сама не сойду к нему и Сестра не отправит меня к нему на Вечные острова.

Ты собрала волосы и безжалостно резанула по ним ножом.

Потом еще раз. И еще.

— Пока не вырастит мой сын и не сможет править землями моих предков — я словно мертвая среди живых.