Кровь Меровингов

– Друзья мои, сейчас я задаю себе лишь один вопрос: зачем я так много времени скитался по благоуханным солнечным далям Италии, проводя время в посте и молитве, если при дворе французского короля цветут такие дивные цветы? Мессир Филипп, заметили ли Вы, сколько красавиц составляют общество короля? - спросил графа Лионель. С любых разговоров он неизменно переходил к теме женщин и любви.

– Признаться, я не обращал на них внимания, - ответил Филипп, вспомнив Луизу.

– Как?! Филипп, возможно ли это? - искренне удивился юный поэт.

– Мой дорогой, - усмехнулся язвительно испанец, - эти цветы тем ядовитее, чем они краше. Красота их надменна, она лишь украшение королевской мантии, и блеск ее сродни блеску холодных драгоценных камней, имеющих свою цену.

– Ах, сударь! Вам, как всегда, удается все испортить! - воскликнул Лионель, раздосадованный грубостью графа. - Вот если бы леди Луиза посетила Париж, она затмила бы всех своей непревзойденной необычной живой красотой! - добавил он, устремляя взор к потолку таверны.

Луиза, сидящая неподалеку, улыбнулась. Граф де Торнес злобно усмехнулся такой фантазии. Вино тем временем кончилось, и новый кувшин перекочевал на их стол, поблескивая приятной влагой. Трое молча осушили кубки. Филипп сверкнул глазами, вспоминая о милом образе. Стены таверны вдруг раздвинулись и растворились под лучами жаркого южного солнца. Дорога белесой лентой убегала, теряясь за поворотом в зелени пышной листвы.

Кудри разметавшихся волос. Нежная бархатистость кожи. Смелый взгляд. Пленительные изгибы тела. Ах, Луиза! Филипп вновь был там. Был с ней. Ощущал почти кожей ее близость, ее запах и притягательность.

Сэр Лионель вздохнул. Опершись на локти, он запустил свои тонкие, унизанные драгоценными перстнями, пальцы в светлые локоны и прикрыл глаза, тоже призывая воспоминания о прекрасной графине.

Меж тем ночные сумерки заползли в таверну, клубясь по углам, куда не доставал скупой свет желтых восковых свечей. В дверях послышался шум. Луиза нервно посмотрела туда. Но это хозяин пинками выпроводил оборванца, забредшего в поисках милостыни в приличное заведение. Слегка покачиваясь из стороны в сторону, испанец исподлобья взглянул на графа де Альбре.

– Я заметил, как Вы, граф, любезничали с Луизой там, в замке Арманьяков.