Проклятие Прометея. Книга вторая. Александр, сын Филиппа. Герой

Не стоит забывать и Питтака из Митилены, который советовал: "Угадай нужное мгновение". Да и коринфянин Периандр был не глуп, сказав: "Дело мастера боится"... Но самое главное:

- Соблюдай меру во всем, Александр, как учил Клеобул из Линда. И ещё... Не верь Бианту из Приены: большинство – не плохие.

Мудрец и сам хотел бы верить, что Биант не прав. В самом деле, почему большинство – плохие?

- Будь хорошим человеком, Александр. И пусть вас таких будет большинство.

- Александров? – пошутил ученик, пристально глядя в глаза наставнику.

- Нет, - покачал тот головой. – Хороших людей.

И молодой царевич вздохнул с облегчением. Хорошо ведь, когда большинство – хорошие люди? А когда большинство – Александры?

- Александр должен быть только один, - успокоит его друг Гефестион. Хороший человек. Один из... Но тоже – один. - Как должен быть всего один Гефестион, Неарх, Гарпал... Каждый – один.

- Я боюсь остаться просто один, Гефестион.

- Я буду рядом, Александр.

***

"Он всего лишь человек, - пытается убедить себя Филипп, глядя на сына, гордо гарцующего на своем быкоголовом жеребце. – Они все - всего лишь люди! Были и останутся! Мудрец ничему не научил их – я правильно сделал, не заплатив ему. А Стагира? Город нужен мне самому – для себя и отстроил. А Аристотелю? Он ничему не научил этих мальчишек. Они всего лишь люди – были и остались".

Царь почти убедил себя. Но откуда это гложущее изнутри чувство неминуемой расплаты? Откуда это чувство, что расплачиваться всё равно придётся?

- Я – царь! – бормочет, глядя в зеркало уцелевшим левым глазом, Филипп II Аргеад.

- Я – бог! – говорит он, глядя из зеркал несуществующим правым оком.

- Я царь богов! – кричит он, глядя себе в глаза...

Но страх остаётся - страх неминуемой расплаты.

- Они всего лишь люди, - шепчет зовущийся Филиппом, закрывая глаза.

Но почему вонзаются в память отточенными клинками мечей, почему лижут острыми жалами копий слова нечеловечески мудрого философа:

- Ты уверен, что под Троей ты убил их?

Ты уверен, Филипп Аргеад, Филипп Кронид – сын своего Времени? Того самого времени, что нынче, по твоей же воле – в Тартаре...