Проклятие Прометея. Книга третья. Александр, сын Аммона. Бог

Отправляясь в южный Ливан за лесом для свай, я напомнил, прощаясь, Пердикке:

- Это не Фивы. Нам нельзя ждать пока родятся и возмужают наши потомки.

- Мы и не дождёмся, - зло усмехнулся он. – Значит – сразу десятый год? – спросил чуть погодя мой так похожий на Диомеда Тидида друг, косясь на замершие на валу две чудовищные осадные башни, в деревянном нутре которых вполне поместилось бы несколько сотен воинов.

- Говорят, Навуходоносор осаждал Тир целых тринадцать лет – и отступил ни с чем, - сказал Кратер, задумчиво изучая стены далёкой пока крепости.

- Мне снился сатир, Кратер, - улыбаясь, пытаюсь утешить своего товарища.

- И что это предвещает? Ты уже беседовал с Аристандром?

- Да, и старик объяснил всё как нельзя удачнее. "Са-Тир" значит – "Тир – твой"!

- Твой? – переспросил Кратер, ощупывая в поисках несуществующих шрамов от когтей свое горло.

- Мой, - отвечаю и сжимаю левый кулак – до хруста в костяшках.

Кратер поднимает голову, расправляет плечи, хрустнув суставами, и твёрдо – словно сжатый кулак – говорит, соглашаясь:

- Твой.

Есть люди-чувства, люди-черты, люди-привычки, люди-умения… Мои чувства, черты, привычки, умения…

А Кратер – он моя левая рука. Это я знаю наверняка и могу доверять ему как себе – потому что левая рука несёт щит.

Люди-руки, люди-ноги, люди-слова, люди-мысли, люди-поступки… Мои – руки, ноги, слова, мысли, поступки.

Кто из них – я? Я – из них, изо всех них – я…

Чуть справа, стараясь не обогнать, но и не отставая ни на шаг, гарцует на своём жеребце Гефестион, изредка поглядывая в мою сторону.

Кто из нас – я, Гефестион? – молчу я в ответ на эти взгляды.

- Тебе не страшно? – спрашивает он в который раз.

Люди-звери, люди-чудовища, люди-герои, люди-боги…

И каждый – я, каждый – часть меня…

При чём здесь люди?

Мне не страшно.

***

- Я пойду с тобой, - глядя мне в глаза, упрямо произнёс старик Лисимах, мой первый учитель, любивший звать меня Ахиллом, сам называясь Фениксом.

- Зачем? – спрашиваю, зная уже, что не откажу.

- Но ведь ты будешь там! Я пойду с тобой.

- Зачем?

- Чтобы ты вернулся человеком…

Я разрешил старику сопровождать меня – не мог запретить. К тому же единственное, чего я опасался, оправляясь в Ливанские горы – что Пердикка и Кратер возьмут Тир без меня.