Проклятие Прометея. Книга третья. Александр, сын Аммона. Бог

- Ты безусловно прав, царь, - усмехается белая птица, молча наблюдавшая до сих пор за созванным "советом". – Кому как ни тебе ведать волю богов? Тому, кто к ним ближе... Ты прав, Александр – орёл на корме говорит о том, что флоту стоит отойти глубже в гавань, но не бросаться вперёд на стоящие у гавани корабли персов.

Почему-то мне кажется, мы с Аристандром-птицегадателем безошибочно угадали волю богов. Потому что бог здесь один, и воля одна – моя...

Наверное, это страшно.

- Начинаем штурм! Я сам поведу первую колонну! Кто раньше меня поднимется на стены – награда в десять талантов!

Хотят славы и почестей – пусть завоевывают их.

Но не вопреки моей воле – потому что бог здесь один!

Милетяне почти не сопротивлялись. А на стене я был первым. И финикийско-персидский флот ушёл прочь от запертой моими кораблями гавани, увидев, что город уже мой...

- Прости, царь, - склонил убелённую сединами голову старик Парменион, когда штурм уже завершился. – Ты был прав. Я ошибся, советуя бросить наш флот в бой.

..

- Конечно, - киваю согласно. – А чтобы никто больше не мог ошибиться, я распущу мой флот.

Он онемел - всё, на что старика хватило после моих слов, это выдавить:

- Но...

Ну же! Возрази мне! Возрази сейчас, Парменион – всего ещё один раз возрази, и я отменю своё решение...

- Да, царь. Наверное, я старею. Твоя воля – воля богов, Александр. Что бы ты ни решил – будет так...

Да, старик, теперь будет так – что бы я ни решил.

Можно придумать тысячу причин в оправдание моего решения о роспуске флота: и излишне высокие затраты на его содержание, которые, несмотря на первые победы, я пока ещё не мог себе позволить (а ещё говорят: "Богат, как Крез"!.

.); и то, что мой флот пока ещё заведомо слабее персидского – мне вовсе ни к чему риск потерпеть пусть и не значащие ничего поражения, но которые могут подорвать мой авторитет победителя; и "сожжение мостов" – когда некуда, а точнее не на чем бежать, армия будет стремиться побеждать – ведь отступить нельзя... Кроме того, возвращая корабли в порты греческих городов – членов Коринфского союза, я тем самым защищаю их гавани от возможных действий вражеского флота за моей спиной, у побережья Эллады. ..

Десятки, сотни, тысячи важных и не очень причин, которые всё объясняют.

Но настоящая причина была лишь одна.

Каприз.

Или я не бог?

Богам скучно – они предпринимают авантюры. Мне тоже стало тоскливо – и царь Александр решил одолеть вражеский флот силами сухопутного войска.