Сумеречные Души - ЛитРПГ в викторианском Лондоне

- прозвучал знакомый голос доктора Лакан, который Макс использовал для своей кастомной настройки операционной системы умного дома “Джасмин”.

Дизайнер сел в игровом кресле и помассировал виски. Вот она реальность, после выхода из системы у него всегда начиналась мигрень. Боль понемногу отступила, он поморгал и размял шею.

- Мэри, я выпью чай, а потом продолжим по расписанию. - Макс скатился на пол по подставке для ног, придерживаясь руками за боковины кресла.

На полу мужчина подтянул к себе экзоскелет для нижней части тела.

Руками поднял и положил ноги в крепления и по очереди затянул ремни на правой и левой ногах. Нащупав на спине разъем, подключил в него нейрошину. Экзоскелет издал привычный сигнал, настраивая свои сервоприводы и синхронизируясь с нервной системой владельца. Лампочка на поясе несколько раз мигнула жёлтым и, наконец, засветилась зеленым, Макс встал на ноги. С каждым шагом экзоскелет издавал механический звук движущихся гидравлических поршней, заменивших Штраусу атрофированные мышцы ног.

Макс подошел к широкому подоконнику, который одновременно служил ему и кухонным столом. Из двустворчатого окна открывался прекрасный вид на заснеженные горы и озеро Масю. Джасмин уже подготовила все необходимое для его ежедневного чайного ритуала. Взяв со стола пиалу тяван, дизайнер сполоснул ее кипятком, затем слил кипяток в другой сосуд и принялся тщательно протирать пиалу тканевой салфеткой. Эту керамическую чашу он купил в соседнем городке с одноименным с озером названием - Масю на блошином рынке пять лет назад, когда обзавелся этим домом и переехал в Японию.

В тщательно протертый сосуд, он засыпал две ложки зеленого порошкового чая. Добавил горячей воды, чтобы слегка прикрыть заварку, и легкими движениями принялся размешивать чай венчиком.

Обычно во время ритуала Макс полностью отдавал себя созерцанию. Изучал замысловатый узор керамической чаши; гладь озера и снежные шапки гор за окном. Но сегодня размышления о предстоящем поступке полностью заполнили голову.

Даже глубокий синий оттенок водной глади озера Масю не помогал погрузиться в созерцание.

Макс замер, закрыл глаза и сделал десять глубоких вдохов и выдохов. Поднес к губам пиалу с крепким койтя, именно таким он предпочитал этот напиток (маття можно заварить двумя способами: слабый усутя и крепкий койтя). Сперва он прислушался к аромату, затем сделал небольшой глоток. Еще глоток, но душевное спокойствие, которое он ощущал раньше, в этот раз не пожелало приходить.