Дело огня

Пожалуй, тут даже паровоз не посмел бы возразить, а в нем железа было побольше, чем в десятнике.

– Нам могут не дать больше поговорить наедине, – спокойно сказал инженер. – У вас есть план?

Полицейский присел на пенек, сорвал травинку и принялся жевать.

– Нас пропустят. Нас достаточно мало, а наш противник достаточно тщеславен. Вы не беспокойтесь. Наше дело – поднять шум. Я доложил наверх и написал кое-кому еще. Броненосца, а спрятать его они не успеют, вполне хватит – это уже состав преступления.

Что доложил – это инженер не сомневался.

А если этот кое-то будет не сидеть, а действовать... Впрочем, неумному Сайто бы писать не стал. А план... Что ж, бывали планы и похуже.

– Мне кажется, что вы слишком осторожны со мной и недостаточно с противником.

Полицейский подумал, кивнул.

– Я докладывал не по команде. Вернее, по команде я вообще не докладывал. Я пошел выше по линии и в сторону. Это компетентный человек – и переворот ему сейчас очень невыгоден. Не скажу, чтобы он был рад меня видеть, но он меня выслушал.

– Вы говорите о министре обороны.

Полицейский кивнул.

– Он не рискнет вмешиваться силами министерства. Особенно сейчас, после смерти Окубо. Вы же понимаете, там сейчас все напуганы и ждут подвоха. Если он начнет двигаться слишком резко, его самого могут обвинить в заговоре и попытке захвата власти. Ему нужны основания.

Основания. Если они здесь что-то найдут, это будут основания. Если их здесь убьют – инженера с важного государственного проекта и старшего инспектора столичной полиции – это будут основания.

Если заговорщики дернутся раньше времени – это будут основания.

– Я не хочу рисковать, – извиняющимся тоном сказал полицейский.

Асахина бесшумно засмеялся – и все его лицо осветилось эти смехом.

– Окубо-сэнсэй, – сказал он, отсмеявшись, – среди всего прочего упомянул вот что. Для постройки железной дороги правительство хотело брать займ у крупных торговых домов. На самых выгодных условиях. Но купцы испугались вкладывать деньги в такое новое дело и отступились.

Займ мы взяли у англичан. Окубо-сэнсэй узнал недавно, что господин Мияги, который в наших глазах был защитником этого займа, на деле очень много сделал для того, чтобы сорвать его. Он отговорил всех – и единственный внес свои деньги. Он получил заказ на шпалы, деготь и прочее – тут много чего делают для дороги. Как вкладчик, он в курсе дел концессии – а вот в его дела никто не может сунуть носа. Сюда идет господин Синдо, управляющий.