Дух Берсерка

Я сидел боком к костру, что освещал лишь половину лица, возможно, кутаясь в плед, Дара обратила на это внимание, когда вздохнула в ответ.

– Да, в тебе есть внутренняя сила… Но надо ли уничтожать всех?..

Тогда я не понял, что она пыталась сказать, а новый день принёс новые хлопоты.

Глава 8 Киевская Русь

Всё чаще дорога пролегала мимо деревень да весей, где-то мы закупали еду, где-то ночевали. Урожай с полей уже собран, простой люд сидит по домам, молодые парни тешат девок на завалинках. Пару раз нас зазывали на пир по случаю свадеб, но я отказывался и желал молодым благополучия, хотя по Даре видно, что с удовольствием познала бы славянские обычаи.

Обычно народ сторонится чужаков, особенно на конях и при оружии, но, видно, селяне считают, молодые парень с девушкой явной угрозы не несут, чего не скажешь об отрядах из трёх-семи, а то и десяти человек. Бывает и так, что многих разбойников не только знают в лицо, но и прячут, делятся едой, за что те не трогают местных жителей.

Именно на такой отряд из семерых удальцов супротив одного мы и наткнулись, будучи не очень настроенными на драку. Впрочем, то были не разбойники, вернее, узаконенные разбойники, что подчиняются князю, его дружинникам или боярам, которым принадлежат здешние земли. А то и вовсе это сами дружинники и есть.

Вдоль дороги группками и одиночно растут деревья, и удалось подъехать незаметно, несмотря на порывы Дариной коняшки проржать в приветствии других лошадей.

Среди муравы и нескольких раскидистых лип всадник с рассыпавшимися по плечам русыми волосами, размахивая мечом, крутился в седле и яростно переругивался с наседавшими на него людьми в железе.

Сам в кольчуге, умело принимает удары на щит, но с виска уже сочится струйка руды, смелое, скуластое лицо со сверкающими серыми молниями глаз понемногу бледнеет. Рядом на траве валяется сбитый шлем.

– Дубина стоеросовая, твердили тебе, дубинушке, не бегай к Светаве, не дури девку, худо будет! – почти по отечески «журил» всадника стоящий в сторонке и не принимающий участия в бою темнолицый бородатый мужик, верховодивший остальными.

– Ну да теперя тебе, дубинушке, не бегать, сыру землицу не топтать, ибо ноги мы тебе укоротим!

Через полянку изгибается змейкой ручеёк, что в жару явно пересыхает, в ложбинке ручья каменистое дно, несколько крупных камней наполовину высунулись. Начинается ручеёк в ямке под наложенными брёвнами, рядом ещё несколько, чтобы присесть отдохнуть.