Дух Берсерка

До вас ведь дошла весть о гибели Харальда?

– Весть-то дошла, а коли ты его сын, так докажи.

– Позови того, кто знал меня в лицо, – повелел я.

Стражник исчез, спустя несколько минут вернулся в сопровождении крепкого немолодого ратника. Тот вгляделся в меня, морщины разгладились, обветренное лицо озарилось радостью. Я тоже вспомнил его. Десяток лет назад Яросвет под руководством Харальда учил меня сражаться на мечах, метать топор, стрелять из русского лука. На стену поднялся и кое-кто из мастеровых, что признали меня.

Яросвет махнул рукой, ворота заскрипели навстречу, и мы благополучно въехали в детинец.

Я припомнил, что раньше во дворе вровень с западной стеной высилась рябина с мощным стволом, густой кроной чуть ли не до самой земли и множеством крупных ярко-красных плодов, а сейчас на её месте маленький кустик со склонившимися под тяжёлыми гроздьями веточками.

– Зачахла рябинушка, – устало прогудел позади Яросвет. – В день, когда пал Харальд Суровый. Я выкорчевал да на дрова. Чего зазря дереву пропадать? А коль уж беда, так пусть токмо я в ответе.

– А этой года три?

– Да, первый раз плодоносит. Та как начала сохнуть, так и посадил. Негоже совсем-то без рябинки. Всё же и от нечисти защищает, и покойников поодаль держит... Я на могилках княгини и Марии кресты из рябиновых веток поставил да красными нитками перевязал.

Я кивком поблагодарил, заметил прогуливающуюся Дару, однако остался у могил матери и сестры. Христианство не помешало им быть женой и дочерью язычника.

Но оно же заставило Харальда принять крещение. Впрочем, саму эту веру тоже основали язычники, как священники зовут все дикие народы.

Дара с любопытством осматривала новое жильё. Некий портал в Преисподнюю находится где-то здесь. Потому Бедислав и пытался заполучить во владение все земли окрест. Дара чует близость прохода, но предстоят долгие поиски, чтобы установить точное место. Конечно, с моего позволения.

– Хочешь поскорее покинуть меня? – усмехнулся я.

– Хочу наконец увидеться с отцом, – серьёзно ответила она.

– А ты точно не Антихрист?

Дара с удивлением воззрилась на меня.

– С чего бы? Он придёт в конце времён.

– Да кто тебя знает… И когда ещё этот конец наступит.

– Нет, Торстейн, я не Антихрист. Его время наступит, когда мир ввергнется в пучину хаоса и погибели.

– Я слыхал, уже являлся в тысячном году от рождения Белого бога.

– Пусть и так, но ему не дано победить в противостоянии с… Сыном Творца, – с трудом сказала Дара.