Алхимик

Несколько пар жандармских сапог пересекали одну из улиц, ведя привычный ночной патруль. В верхних кварталах Города стражи порядка появлялись регулярно и несли дозор более ревностно, чем в остальных, ведь дома аристократов – лакомый кусок для нечестных людей, да и отбывать службу среди богатеев всегда приятней для личного кармана, в противовес тем местам, в которые жандармы даже не смеют заходить, вроде Затопленной Улицы – мерзкого гнезда для человеческих паразитов всех мастей. Алхимик невольно спросил себя: приходилось ли Эдгару бывать в подобных ульях, где бандит сидит на бандите, и жизнь каждого из них в любую секунду может утечь в сточные воды прямо с кромки ножа? Наверняка да, хотя связной Умбра, очевидно, не тяготел к обществу вечно охочих до поножовщины мужланов, предпочитая более изощрённые и искусные методы плутовства и обмана.

Или его холёность – тоже своего рода трюк? Годрик припоминал своего друга совершенно разным: обычным и неординарным, грязным и ухоженным, нетерпеливым и расчётливым, грубым и успокаивающим, уставшим и энергичным. Так какой из них – настоящий? Кто поручится, что с Годриком этот человек не держится своей предопределённой роли? Однако, целитель помнил его измождённые, полные слёз глаза, когда «Ноктум» оплёл его рассудок. Эти эмоции невозможно было подделать.

Свет процессии постепенно уходил дальше, скрываясь за углом. Шаги блестящих сапог с грубой подошвой стучали всё тише, пока, наконец, не отдалились настолько, что их вовсе не стало слышно.

– Жди здесь, я позову тебя, когда всё будет готово, – мягко проговорил Эдгар, скользнув змеёй вперёд. Его тень появилась под горящим впереди на улочке фонарём. Воистину, в своём наряде он воплощал все легенды о неуловимых ворах Умбра: осанистый, статный, облачённый в тёмный пурпуэн под полукруглым льняным плащом, застёгнутым спереди. По его словам, под такой накидкой никто не опознает тебя по телосложению и одежде. Его вызывающие рыжие волосы были скрыты под тёмной повязкой, обёрнутой вокруг головы на манер женской косынки.

Годрик тоже облачился в длинный плащ и завязал волосы тканью по совету Эдгара: нельзя было оставлять ни одного шанса на беглое опознание – даже издали, даже со спины. Если их увидят ночью в верхнем квартале рядом с поместьем Камио, запомнят лишь невзрачные фигуры в дешёвых накидках, в каких ходит половина горожан.

Эдгар был грациозен во тьме, подобно танцору.