Алхимик

Самая странная мысль в его голове гласила, что твари не настолько жестоки, чтобы посметь навредить ей из-за него, но более пугающая сторона разума относилась к ситуации с большим рационализмом: посмеют. Для животных из Умбра похитить человека из его дома – непыльная работа, а уж перед достижением целей они не остановятся ни перед чем, и никакая совесть их не переубедит – они выжгли её в себе давным-давно. Перед ним не люди – монстры в обличье людей, чья фанатичность граничит с безумием. Один из них пару часов назад направил оружие на самого Теодора Камио, что тут говорить про безымянную напуганную сироту-книжницу, которую никто не будет искать? Флоретта смотрела на своих палачей с широко раскрытыми глазами, будто осознав себя в калейдоскопе чудного сна.

Её голова вглядывалась в сумрак комнаты, плечи дрожали в лапищах бородача. По лицу было видно, что она не понимает почему её утащили в сырое и мрачное место к странным людям и непохожему на самого себя алхимику. Возможно, она даже не узнала в побитом мужчине своего лекаря.

– Эдгар, ты же не бестактный мужлан, неужели мы не предложим даме присесть? Возьми ещё стул.

Рыжий вежливо улыбнулся, облокотился на столешницу и протянул руку вниз, возвращая её на свет с мелкой табуреткой, легко прячущуюся под столом из-за скромных размеров.

– Миледи, прошу. Искренне извиняюсь, что приходится заставлять вас терпеть неудобства. Надеюсь, вы скрасите нашу скучную ночку.

Флоретту усадили на табурет две твёрдые руки, не убирающиеся с её плеч, подобно двум глыбам, заменяющим кандалы.

Бородач стоял сзади и прижимал оцепеневшую девушку к сидению, хотя в этом не было никакой нужды: Флоретта была настолько ошарашена, что вряд ли смогла бы убежать. Годрик с жадностью впивался глазами в поникшее существо, он так редко видел в подопечной даже такие слабые проявления эмоций, что от этого ему было не по себе. Девушка не кричала и не билась в тщетных попытках сопротивления, напротив – была удивительно молчалива и податлива, будто бы её не пугали ужасы вокруг, но только неуловимые изменения в её мимике и направлении глаз свидетельствовали о потрясении.

– Что ж, Годрик, если ты не хочешь похоронить вообще всех дорогих сердцу людей, что у тебя ещё остались, советую просто закончить дело и отдать мне нужное.

– Мастер Годрик… – пролепетала девчушка, повиснув взглядом на изувеченном алхимике. Она будто хотела спросить его о чём-то, но не могла подобрать слов.