Алхимик

Ни о какой концентрации не могло идти и речи.

Принц Саймон лежал на мягких подушках, изредка вздрагивая, будто испытывая мимолётную боль внутри тела, и опять замирал, мерно вдыхая тревожный воздух помещения.

– Леди Иренион и Бессмертный Иеремия! Да откройте уже кто-нибудь окно! Так и подохнуть можно! Теодор! Сделай хоть что-то, хватит стоять столбом! – Аннабель тряслась от переживаний за сына и бессильной злобы. Её тело сотрясала дрожь, в глубине души она была невероятно разбита и обессилена, но умело прятала свою опустошённую, пронзённую страхом натуру под маской беснующейся смертоносной гарпии.

Теодор молча подошёл к окну и спустя краткий щелчок щеколды приоткрыл ставни наружу. Прохлада просочилась внутрь гостиной, овевая тонкой вуалью кожу Аннабель. Это дало ей повод прекратить тираду и перевести дух, глотая сквозь слёзы уличный воздух.

– Идут! Вон они! – пробасил Теодор с узнаваемой ноткой облегчения.

И правда – два теневых силуэта появились у ворот, у которых несколько часов назад обнаружили обессиленного принца.

Одна рослая фигура угадывалась отцом семейства безошибочно – это капитан стражи дома Камио, преданный гвардеец по имени Марк Дюпон. Теодор своего адъютанта очень уважал как старого знакомого и военного, с которым он когда-то служил на севере.

– О, Бессмертный! Ну нельзя ли поторопиться? – взвизгнула Аннабель, утирая тонкий овал лица расшитым платочком, который она всегда носила с собой не только как полезный подручный инструмент быта, но и для придания статуса – платок был привезён из дальних земель за пределами Кольца и стоил очень немалых денег, хотя по его виду вряд ли кто-то с уверенностью мог сказать, что сей платок был произведением искусства, или хотя бы вышел из-под руки известных ткацких мастеров – настолько он казался невзрачным.

Две фигуры в саду быстрым шагом пересекли обширную площадь внешнего сада Камио и направились прямиком к широкому крыльцу с витыми перилами и ступеньками из белого камня – слуги чистили их каждый день, чтобы дом безупречно выглядел для любого гостя сразу с порога.

Марк Дюпон грубо отворил двери безо всякого стука. Когда речь шла о безопасности членов дома Камио, он всегда был резв и действовал без промедлений, забыв о высоком этикете и принятых нормах поведения. На кону была жизнь принца Камио, великого наследника славного дома!

– Сэр.