Алхимик

Посередине в районе пояса красовалась неглубокая ложбинка, вогнутая внутрь и растянутая снизу-вверх, будто кто-то вырезал небольшой пласт плоти, оставив поверх шрама странную металлическую конструкцию, похожую на гигантскую сколопендру. Полоса металла тянулась вдоль спины от копчика примерно до середины, и состояла из разделённых меж собой подвижных сегментов на единой основе, как чешуйки доспеха, прилаженные одна поверх другой. Это был второй позвоночник – внешний – держащийся каким-то непонятным образом на коже, причём так плотно, что по бокам пластинки как будто врастали в неё.

Чешуйки двигались вместе с изгибами тела, адаптируясь под положение спины.

– Это экзоскелет. Почти как у паука. У них ведь нет позвоночника, вокруг которого строятся мышцы, им его заменяет внешняя хитиновая оболочка. У меня вот тоже нет позвоночника. Если быть точным, нескольких его частей. Семь лет назад я сильно поломал спину, и этот протез – единственное, почему я вообще могу ходить, – алхимик поёжился то ли от холода без одежды, то ли от воспоминаний о произошедшем.

Продемонстрировав стальной хребет, он развернулся лицом к Эдгару и начал натягивать одежду назад. – Вживить подобное человеку невозможно. Такая операция требует недюжинных знаний, и ни я, ни любой другой целитель на многие тысячи лиг вокруг, никогда не сможем повторить то, что ты сейчас видел. Этому банально нет описаний ни в одной книге. Оно не просто фиксирует спину, оно внутри меня, держит мой скелет стальными иглами в местах, где кости были разбиты.

– Выглядит жутко. Звучит ещё жутче. Но история была, наверняка, занятная, когда ты получал эту травму. Так и представляю: гордый алхимик с великолепной осанкой стоит, выпятив грудь! В руке у него сверкает сталь, за спиной робко прячется какая-нибудь деревенская красотка из тех, что дают только за медь, но в душе лелеют походы по светским театрам в компании смазливого ухажёра.

М-м-м, повсюду роятся головорезы, готовые растерзать жертву, и только рыцарь-алхимик стоит у них на пути!

– Ты мог бы зарабатывать написанием дамских романов, – устало проговорил Годрик, со вздохом вернувшись на свой стул.

– А кто сказал, что я этого не делаю? – наиграно удивился рыжий.

Секундное молчание разорвало нить разговора. Годрик ещё раз взглянул на чужую тетрадку с записями и покосился на дальнюю стопку листков в углу стола.