Путешествие на Восток

Мы уже ничего не могли для него сделать, кроме как прекратить страдания этого парня.

— Я и не думал… — начал было я, но брат уже развернулся и зашагал туда, где мы оставили лошадей. Его пальцы судорожно сжимали палочку, словно это был последний островок надежности в мире, сползающем в темноту.

Пожав плечами, я кивнул Кадму и вместе с ним поплелся в том же направлении. И без того пасмурный день неотвратимо близился к вечеру, и следовало позаботиться о ночлеге: мне меньше всего хотелось ночевать в обществе десятка мертвецов.

* * *

Я почти не помню случаев, когда мне доводилось проводить ночь в лесу, хотя мы много раз покидали Годрикову впадину. Путешествие верхом на лошади длится мучительно долго: даже летом, в хорошую погоду, редко когда удается преодолеть больше двух десятков миль в день. Толстый слой грязи на дорогах этой осенью снижал скорость поездки вдвое, и нам повезло, что львиная доля пути пролегала через лес, где грязи было меньше.

Но что нам оставалось? С припасами для дальней поездки, да еще и с монахом-проводником в попутчиках быстрый полет на метлах невозможен.

В конце первого дня нашего странного паломничества, когда солнце скрылось за темными кронами деревьев, а недолгий закат уступил место лунному свету, который с трудом пробивался сквозь толстый слой облаков, я с удивлением обнаружил, что испытываю едва знакомое мне чувство.

Вначале я счел его обычным ознобом от холодного ночного ветра, но, прислушавшись к своим ощущениям, осознал, что холод едва ли имеет отношение к происходящему со мной. Я попросту боялся.

Маг, который с самого детства сталкивается с потусторонними силами, настолько свыкается с их частым присутствием в своей жизни, что мистический ужас ему обычно неведом. Даже если ему противостоит нечто непонятное, он знает: посвятив исследованию достаточное количество времени, можно проникнуть в суть сколь угодно загадочного явления.

Знание это избавляет от страха, и если маглы способны лишиться чувств, увидев обыкновенного призрака, то маги спокойно живут с ними в одном доме, не испытывая никакой боязни. Даже оборотни и вампиры для нас — не более, чем опасные твари, немногим страшнее вооруженного грабителя.

И все-таки даже мы, маги, не в силах защититься от собственной природы.