Путешествие на Восток

— Ну-ка отойдите…

— Эй, Игнотус, не дури! — попытался меня урезонить Антиох, но пару шагов назад все же сделал. — Сейчас вся округа сюда сбежится.

Кадм поспешно отскочил в сторону, Амар неторопливо последовал за ним, не сводя с меня своего обычного неуютного взгляда. Что же я делаю опять, дьявол меня побери? Я ведь рискую не только своей жизнью, и если из-за меня погибнет кто-то из моих братьев, что я буду чувствовать всю оставшуюся жизнь? Что я скажу Сюзанне об этом? Я встряхнул головой и, облизав губы, выкрикнул:

— Бомбарда Максима!

Адский грохот болезненно ударил по ушам, стены задрожали и пошли трещинами.

Каменная кладка передо мной обрушилась, взметнув в воздух едкие частицы извести. Из черного провала, открывшегося за разрушенной стеной, повеяло холодным затхлым воздухом, напитанным запахами мокрой глины и тления. Там, в глубине, что-то пришло в движение: я услышал тихий шелест и звук неуверенных шагов за непроницаемой толщей тьмы.

Оглянувшись на Кадма и Антиоха, которые в смятении смотрели на меня и, должно быть, раздумывали, не лишился ли часом рассудка их младший брат, я решительно сделал шаг в провал.

Пожалел я об этом сразу. Нечто темное с хриплым возгласом прыгнуло мне навстречу, вытянув тонкие руки. У меня перед глазами мелькнули бледные пальцы, покрытые коркой запекшейся крови, и существо вцепилось мне в мантию, издав протяжный вой. Я, вскрикнув, рванулся назад, одновременно пытаясь нацелить палочку в нападавшего, сжимающего меня мертвой хваткой, и только тогда увидел, с кем имею дело.

Это была девушка. Поначалу я не узнал ее: исхудавшее лицо с выпиравшими скулами и глубоко ввалившимся глазами, в которых поселилось безумие и безотчетный ужас, сделали ее облик совершенно незнакомым для меня. Мятое платье, некогда украшенное изящным желтым узором из вышитых листьев, теперь было покрыто пятнами грязи и крови. Пальцы со сломанными и растрескавшимися ногтями, в лохмотьях содранной кожи, сжимали складки моей мантии с отчаянием обреченного. Я осторожно коснулся ладонью ее лишенных формы светлых волос и тихо проговорил:

— Мы искали тебя, Эйлин.

Она никак не отреагировала на свое имя: ее глаза были обращены ко мне, и поначалу я не смог определить, что вижу в их глубине под слоем по-прежнему терзающего ее страха. Я успокаивающе сжал ее запястье, и выражение ужаса в ее взгляде немного ослабло. Искусанные губы почти сложились в улыбку, и девушка, пошатнувшись, рухнула мне под ноги, потеряв сознание: я едва успел подхватить ее невесомое тело.