Драконье царство

Сперва это отличалось от кошмара, но лишь для того, чтобы в самом конце я понял, что все было обманом, иллюзией, насмешкой? В висках застучала вполне реальная горячая боль. Опять боль – возвращаемся к своим баранам...

– Гелион! – окликнул кто-то с недавних пор знакомым голосом. Голосом, принадлежавшим мертвецу.

Я оглянулся, с трудом подняв невероятно отяжелевшую голову, и увидел неуверенно улыбающегося Майка, соскакивающего с трапа и выглядящего совершенно живым и веселым.

Это было уже слишком. Издевательски хохочущая вселенная нанесла последний удар.

V. В одну и ту же реку

«В одну и ту же реку мы входим и не входим, существуем и не существуем…»*

Просыпаться было страшновато, но требовалось же как-то прояснить ситуацию. Вокруг происходила какая-то возня.

– Прекратите, – шипел кто-то голосом Гамлета. – Не лезьте к нему больше со своей отравой.

– Это не отрава, – с легким негодованием возражала Тарси.

– Ну, если вы и правда ничего не знали… – озадаченно говорил Майк, – это что-то. Я бы на его месте тоже упал в обморок. Я теперь тоже уверен, что вы выглядели как-то иначе. Старше, что ли?..

– Временная накладка, – проговорила Антея с едва сдерживаемым восхищением. – Мы еще с таким не сталкивались!

Я чихнул и открыл глаза, обведя взглядом всю эту невообразимую компанию. Надо мной маячила декоративная пальма, сам я возлежал на мягком диванчике – находились мы в одном из наших светских павильонов.

– Только не говорите, что вы все настоящие, – пропыхтел я, приходя в сидячее положение. Последовала небольшая буря восторгов. Линор и Антея кинулись душить меня в объятиях. Гамлет что-то воодушевленно завопил, рифмованное, на древнеперсидсом. Олаф и Фризиан безумно шумно принялись призывать к порядку. Я охнул и не то заткнул уши, не то просто схватился за голову. Хотя, честно говоря, я был счастлив. Они были даже слишком настоящими! – Боже мой, не надо так кричать!.

– Держи! – пакет плюхнулся мне на колени.

– Спасибо, Линор…

– С возвращением! – воскликнула она, почти возмущенно задыхаясь.

– Не прошло и полгода? – переспросил я, прижав умопомрачительно приятную влажную штуку ко лбу, догадываясь, из-за чего она возмущается.

– Ты сказал, что ничего не может случиться!

– Ошибся. С кем не бывает? Но я же вернулся. Да еще не один! Так что, мы просто задержались.