ЧЕЛОВЕК ЛУННОГО СВЕТА

Нас выпалывали так же тщательно, как хорошая хозяйка выпалывает сорняки.

- А цепь перевоплощений духов-заступников? Она ведь не прерывалась?

- Ни разу. Спустя год после падения Илиона в храмах узнали, где нужно искать новое воплощение Иверсора. И туда пошёл храмовый наставник, и поселился там тайно, чтобы следить и защищать. – Маг закусил губу: мать не раз говорила, что он родился через год после того, как люди взяли Илион. Сейчас, зная, кем был учитель, Шилак'х мог сказать, кто заколдовал медведя, едва не убившего его, и кто поджигал храмы Света в городах веров.

Но теперь, когда маг знал ответ на этот вопрос, его начинал терзать другой.

«Почему, почему ты затеял это, учитель?! Чего ты хотел достичь на самом деле? Власти над подлунным миром? Чистоты расы? Полного избавления от безволосых обезьян?»

Лицо аватары помрачнело. Он снова убедился, как велика была пропасть между ним и его наставником. Такое расстояние приличествует скорее врагам, но даже врагов своих оборотень знал лучше.

Он чувствовал, как бурлит в молодом охотнике неутолённое любопытство. И, не желая отвечать на настойчивые расспросы, маг поднялся наверх.

Ветер заметно посвежел. Такелаж трещал от натуги. Чёрно-сизое небо припадало брюхом к воде. Местами от туч к морю тянулись неряшливые космы: шёл дождь. Валы накатывали один за одним, и корабль тяжело переваливался с борта на борт.

Кормчий бросал тревожные взгляды то в сторону берега, то на выгнувшийся парус, то на быстро темнеющее небо.

Матросы закрепляли сундуки и бочки, привязывали кормчего к огромному веслу.

- А ну быстро вниз! – прикрикнул на оборотня какой-то моряк. – Чего под ногами болтаешься?

- На бурю хочу посмотреть, – криво улыбнулся вер.

- Сдурел, что ли? За борт смоет!

- А ты привяжи меня, как его, – кивнул маг в сторону рулевого.

Моряк рассмеялся:

- Точно сдурел!

Продолжая улыбаться, Шилак'х надавил на него.

- Как прикажете, господин, как прикажете, – забормотал матрос, – сейчас, сейчас, только верёвку принесу.

Оборотень тяжело вздохнул: он не любил отдавать приказы таким способом. Но – буря, буря… Погрузившись в воспоминания, он не заметил, как приблизился шторм. Судить, какова его природа – естественная или магическая – было уже поздно. Допустить, чтобы стихия потопила барку или отнесла её к пустынному берегу, вер тоже не мог: ему было нужно попасть в Рахань.

Моряк вернулся с мотком крепкой на вид верёвки.