Летящая высоко

— прохрипела видящая.

— Послушайся ее, девочка, — сказал священник, даже не оборачиваясь. — Твоя побрякушка мне не страшна. Если хочешь звать на помощь, зови. Но если подойдешь, я убъю тебя...

Он швырнул Кэтэри в стену; та, сдавленно вскрикнув, ударилась об нее и упала на пол лицом вниз.

— ...а мне бы этого сейчас не хотелось. Ты умрешь потом. И Кэтэри будет на это смотреть. Ну, давай, зови на помощь!

Амитола бросилась на Юргена. Схватить его. Перенестись. Утащить вселившегося в тело священника черного человека в мир духов.

Новый удар отшвырнул ее назад; падая, девушка ударилась затылком. В глазах потемнело.

— Глупая девчонка, — покачал головой одержимый. — Ну хорошо...

Он подошел к Кэтэри, которая пыталась приподняться на руках, присел рядом, погладил по рассыпавшимся волосам.

— У тебя все такие же густые черные волосы. Такие же нежные руки. Я часто вспоминал их там, в темноте.

Ладонь видящей исчезла в его руке, а потом Кэтэри закричала от боли.

— Нет, — простонала Амитола, — Отпусти ее!

Кэтэри кричала и кричала, свободной рукой пыталась разжать дробящую ей пальцы ладонь Юргена.

Амитола попыталась подняться, но ноги не держали ее, голова кружилась.

— Пожалуйста... пожалуйста, отпусти ее...

В дом ворвались сразу несколько человек и крик Кэтэри оборвался. Священник встал, улыбаясь и подняв руки.

— Убейте меня, — спокойно сказал он.

Его ударили и свалили на пол. Один из подоспевших на помощь, кажется, отец Денали, склонился над Амитолой, спрашивая, цела ли она.

— Я в порядке, — проговорила девушка.

Она с трудом поднялась на ноги и тут же чуть не упала снова от чьего-то толчка. В дом вбегали все новые и новые люди. Кто-то снаружи кричал, что блеклый человек убил обеих видящих.

Амитола, пошатываясь, сделала несколько неуверенных шагов и огляделась. Вокруг Кэтэри толпились с десяток человек; она лежала в неестественной позе, волосы падали на лицо, искалеченная рука была в крови. Из другого угла слышалась возня и глухие звуки ударов. Одержимый не делал попыток защищаться, только смеялся и просил убить его.

— Стойте...

Ее не услышали. Сжатые кулаки продолжали взлетать и опускаться, один из избивавших священника выхватил нож...

— Стойте! - крикнула она и перехватила уже занесенную руку с оружием. Парень в недоумении обернулся.

— Ты чего, Тола?

— Это не блеклый человек. В него вселился дух. Нельзя его убивать.

— Убейте меня, — просипел одержимый, пуская кровавые пузыри из разбитого рта.