Летящая высоко

— Или у вас кишка тонка, молокососы?

— Отойди, Тола, — решительно сказал парень и снова занес нож.

— Вы идиоты! — закричала она.- Вы что, не слышите? Он говорит на нашем языке! Блеклый человек так не разговаривал!

— Но что...

— Держите его крепче, — приказала Амитола. — Я изгоню духа.

Она опустилась на колени и положила руки на лицо одержимого.

— Ты все-таки решила умереть сегодня, — посмеиваясь, сказал он. — Нет. Пока нет...

Амитола перенеслась.

Страшной силы удар бросил ее в траву. Она несколько раз перекатилась, задыхаясь от боли, попыталась подняться.

Черный человек в своем плаще с капюшоном, с торчащим из груди топориком, возвышался над Амитолой.

— Тебя уже посвятили, я вижу, — сказал он. — Милое обличье, пташка.

Он пнул девушку в живот и она снова упала на землю.

— Я думал, что ошшены вырежут вас всех за своего видящего, всю деревню. Я их переоценил. На большее, чем попытаться казнить двух беззащитных женщин, этих падальщиков не хватило.

— Ты-то чем лучше их? — прошипела Амитола.

— Ты ничего не знаешь, — сказал черный человек.

— Ты не знаешь, каково это — вечность блуждать в темноте. Вечность думать о ней и чувствовать, как любовь превращается в ненависть. Целую вечность.

Он медленно поднял руку, откинул назад капюшон плаща и у Амитолы от ужаса и отвращения перехватило дыхание. Одна часть лица принадлежала мужчине зим двадцати пяти, с красивыми, резкими чертами. Вторая алела, развороченная и разбитая. На красном белой каплей висел вытекший глаз.

— Вот что вы сделали со мной, — сказал он.

— Кэтэри и все племя. Но я пришел к Тому, Кто Далеко и он исполнил мое желание. Дал мне все, о чем я просил. Теперь вы все умрете. Но она умрет последней.

— Что ты... — еле смогла выдавить Амитола, но черный человек снова пнул ее ногой, заставив вскрикнуть от боли.

— Тот слабак-ошшен увидел мое лицо и сошел с ума. Я рад, что ты оказалась покрепче его. Кэтэри уже лишилась своего дружка-лиса, не хотел бы сегодня отнимать у нее и тебя.

— Хаока..?

— Я убил его, — спокойно сказал черный человек.

— Нет.

— Это так.

— Нет!

Амитола почувствовала, как, вытесняя страх, в груди закипает ярость. Она перекатилась на спину, поднялась, глядя на нависающего над ней духа ненавидящим взглядом.

— Ты должна благодарить его, пташка, — сказал черный человек и улыбнулся половиной лица. — Если бы не погиб он, я убил бы тебя.

— Нет!!..

Гнев переполнял Амитолу, бурлил, обжигал...

— Передай это Кэтэри, не забудь. Я убил ее любимого Хаоку.

Амитола закричала.