Удар милосердия

Разумеется, вне ее находились суды Святого Трибунала, а также университет с его правом на собственное судопроизводство. Гражданские дела в Тримейне решались в городском суде, но несогласные с его решением имели право апеллировать к суду верховному.Приблизившись к таким высотам Вайфар,однако, не зазнался и не претендовал на наследование власти. Он занимался работой, которую можно было счесть канцелярской: готовил для тестя речи, подбирал примеры, изыскивал прецеденты, был своим человеком в архивах, словом, тем, что обычно поручают секретарю.

Но ни один секретарь не обладал знанием Вайфара, а благодаря сохранившимся связям в академических кругах он имел возможность консультироваться по самым щекотливым вопросам. Так что в появлении советника Вайфара в доме дважды доктора и квалификатора Святого Трибунала не было ничего необычного. И в ответ на приглашение к столу он жизнерадостно заявил:

-- Нет, magister doctrissime,* сначала дело, а потом обед. Вы так сразили меня сообщением,что у вас есть трактат Звентибальда, что у меня кусок в рот не идет.

* достойнейший учитель.(лат.)

-- Звентибальд Соланский?" О признаниях"? - Ректор удивленно поднял брови. - Мне казалось, что эта книга запрещена.

-- Ученый собрат, не повторяй профанов,которые утверждают подобное. Труд Звентибальда никогда не был запрещен. Однако в нем есть пассажи, которые неподготовленными читателями могут быть неправильно истолкованы. Вот и сейчас... наверняка книга понадобилась в связи с процессом казначея графа Такмарского.

-- От вас, доктор, ничего не скроешь.

-- Глава " О допросе с пристрастием", не так ли?

-- Я сражен вашей проницательностью. Этот негодяй отказывается от всех прежних показаний, уверяя, что они вырваны пыткой. Сложность в том, что у него есть сильные покровители. Поэтому процесс пойдет по второму кругу. Защита может сослаться на Звентибальда,доказывающего, что признания, сделанные на допросе с пристрастием, есть самооговор.

-- Я также считаю пытку мерой крайней, - сказал доктор,- и всегда настаиваю на том,чтоб она применялась лишь тогда, когда все иные возможности дознания исчерпаны, и только к виновным в особо тяжких преступлениях.

Например, в деле,связанном с должностными злоупотреблениями,пытки совершенно излишни,и ваш казначей, независимо от того,виновен он или нет, имел право отказаться от показаний. Однако я не совсем согласен и со Звентибальдом, не видящим в подобных признаниях ничего, кроме химерических вымыслов, порожденных болью.