Удар милосердия

Но и Кархиддин, который предпочел погибнуть, но не сдаться, также показал пример рыцарской доблести. Убитого - у него были сломаны шея и ребра, - унесли. Отом, что убитых на турнире запрещено предавать христианскомупогребению, в Тримейне давно позабыли, в том числе церковные власти,безусловно не одобрявшие увеселений, связанных с насилием и кровопролитием, но смирившиеся с ними. Турнир был завершен, но празднество продолжалось. Готовился веселый пир, и говорили,что принца на том пиру увенчают целым венком из золотых листьев.

Ижонглеры, шуты, музыканты и звериные поводыри до утра будут показывать благородному обществу свое искусство.

Гомонящая публика покидала трибуны,перетекая по лугу к столам, и Норберт, пользуясь тем,что отец позабыл о его присутствии, подошел к Бесс. Она тоже каким-то образом сумела избавиться от Эльфледы.

-- Видела? Они шарахаются от меня из-за подозрений в убийстве. И вопят от радости,когда убивают того, кто не в силах сопротивляться, и кричат :"Добей!" и восторгаются убийцей.

- Его лицо было белым от бешенства.

-- Тебя это удивляет? Обычная история.

-- Но где справедливость? - Не дождавшись ответа, он продолжал: - И еще это пиршество... не знаю, чтоб я дал за возможность уехать отсюда.

-- Так уедем. Свалишь все на меня. Дескать, я по южной хлипкости своей натуры не смогла вынести вида крови, и мне стало дурно.

-- Все равно скажут,что я уехал из-за зависти к кузену...А, наплевать! -Норберт крикнул Люкета и распорядился, чтоб седлали лошадей.

И вскорости принц со свитой, едва не сшибая ворота,вынеслись с Турнирного поля. Бессейра уселась в седло по- мужски, что для дамы считалось непристойным,однако Норберт был в такой ярости,что не сделал ей замечания.

Он не слишком торопился, выезжая из города, а возвращался так, как будто за ним черти гнались. Поэтому в городские ворота въехали еще засветло - правда, сейчас, в конце июня, и темнело поздно.

В Тримейне невозможно было скакать с той же скоростью, как по дороге, но на шаг Норберт все равно не перешел. Будучи хорошим наездником, он умудрился никого не сшибить,а свита каким-то образом сумела повторить этот подвиг. Немалая заслуга в том была и самих горожан, резво исчезавших с пути следования, независимо от возраста и комплекции.

Так выехали они,миновав сборщиков пошлин, на мост, соединявший правый берег Трима с Королевским островом.