Осколочные

Получается, её поимел гендерный враг под прикрытием?

А незнакомец продолжает показывать старые бумажные фото: вот они на митинге с плакатами, вот Марта-Марк читает речь в старом здании наподобие театра с креслами, а здесь она… он… оно обнимает какую-то страшную карлицу в берете и камуфляже!

Гоморреанка с яростью покидает балкон, оставляя доносчика висящим со своими бумажками в руках.

— Санда, не стоит здесь курить! — вскрикивает Марта, вздрогнув от мощного удара дверью.

Микрокальян летит в сторону постели, устланной пурпурным бельём.

Теперь звуконепроницаемые стены хранят слух соседей от женского скандала.

— Он врал! — кричит Марта, — показал фейки, а ты и рада! Это не я, это ты бессердечна как мужлан!

Санда не знает, кому верить. Но маховик обиды уже не остановить. Тем более, она стала взаимной, когда сидящая на постели женщина (или лже-женщина) бросила в уже бывшую подругу подушкой и, что самое жуткое, сравнила с обладателем XY-набора.

— Вавилонец, говоришь… Ну я им устрою… — размазывая типично женские слёзы (вне зависимости от правдивости досье и снимков), твердит Марта аль-Рухди.

У Алисанды тоже созрел план: досконально проверить всех «своих» на предмет соответствия ожиданиям партнёров.

Блайт

1.

— Будешь бургеры? Газировку? Или фильм поставим? «Цыпы из мегаполиса»? «Вампир-романтик-девять»?

Пока задорный аниматор вопрошает, худая девчонка со светленьким каре смотрит на торт, увенчанный пластиковой единицей и шестёркой, как на отходы жизнедеятельности.

Днём было определённо веселее.

С дворовой командой они исследовали заброшенный химзавод. Потом строили крепость из строительного мусора. В основном там были парни, но в архитектуре, как ни странно, всех превзошла она.

Аниматор продолжает настаивать.

— Что ж, бука, тогда время для сюрприза! Отметим обретение тобой частичной правоспособности — подарочным аккаунтом в «MyHearth»!

— Ненавижу Майхарт! — бросает девчонка, — и вообще-то, юридически корректно говорить «дееспособности», и она наступила в четырнадцать!

— Как грубо и занудно, — замечает аниматор с накладными мышцами и лакированным коком на голове, ряженый в цветные лосины, — но я не обижаюсь, я же весёлый Ультра-Бой! Малышка, отныне твоя комната в Харте привязана к хабу семьи, и апартаменты доступны при вводе пароля-сердечка.

..

— Моей семьи здесь нет! Всё, пошёл отсюда. Поеду к маме в больницу. А потом сменю фамилию, наконец-то по закону можно.

Ультра-Бой дёргается. В смысле, изображение прорезают помехи.