Осколочные

Этим детям нужно жить в месте, где нет VR. Вирус перестаёт их мучить. Здесь мы занимаемся обычной адаптацией к жизни, ведём уроки, читаем и смотрим полезные произведения, просто приучаем маленьких людей к атмосфере заботы. Я являюсь воспитателем в приюте Конгрегации святого Луки, покровителя врачевания.

Выше было написано о нашей автономности. Но она, конечно, не полная. Партии-лоббисты Городов постепенно «просвечивают» новые территории. Дизайнеры заполняют локации декором, кодеры корпят над цифрами и триггерами, юристы решают дипломатические вопросы.

Над всем этим стоит заведение, старомодно названное Синедрионом. Представители Рима, Вавилона, Карфагена и Гоморры регулярно съезжаются на конференции, регулирующие их взаимодействие.

Недавно они объявили новый WatchCon. Я не сильно интересовался буднями «Homo VR-us», но произошедшее в Плазе не могло не заинтересовать меня.

Боюсь, в происходящем замешан наш воспитанник.

Железное сердце

I. БОЖЕДОМЬЕ

Пахло прелыми листьями, болотом, гнилью.

Трупные мухи с жирными, как спелая вишня, телами, пытались забраться людям в глаза, уши, рты. Монахи отмахивались от тварей рукавами рубищ. Их было двое: один — простой чернец, юный и худой, другой — священноинок с ранней проседью,

За ними шли, волоча нехитрое оружие, сельские трудяги: лысый пожилой Онфим с серпом, могучий Ждан с топором, желтоволосый вертлявый Можай с вилами.

От испарений воздух сгустился так, что, казалось, путевые огни его сейчас подожгут. Инок Александр — тот, что младше, представил, как пламя охватывает мрачное болото.

Это стало бы лёгким решением. Возможно, мысль о пожаре пришла ему в голову, поскольку второй чернец, отец Никодим, являлся знатоком горючих и световых смесей.

Монахи уверенно обгоняли крестьян благодаря ладно скроенным сапогам. Иноки, звавшие себя «филипповцы», не имели почёта при царском дворе, но сохранили некое благосостояние с былых времён. Зарабатывать им приходилось помощью народу.

Сегодняшним заданием стала ловля «упыря», что прибежал на скудельницу из соседнего села.

Деревенские мужики плелись за иноками, выражая явный страх, хотя были крепче их. Видимо, они не верили всерьез в богопротивные змеевики и наузы, коими увешали себя, нарушая вторую заповедь.

Под ногой отца Никодима хрустнула кость. Чернец глянул вниз. Из грязи скалился конский череп.

— Со скотами люд хоронят, — бормотнул под нос Александр. Как бы в укор сельчанам, но опасаясь вызвать их гнев.